Черный Отряд

– Аридата, у тебя есть надежный человек, которому ты сможешь передать командование на время отъезда? – Городские батальоны не знали, что они – часть заговора по освобождению Таглиоса от Протектора. И было жизненно необходимо поддерживать в казармах твердый контроль.

– Есть. Но в наши планы не посвящен никто. Если у тебя появятся необычные просьбы, их придется оправдывать событиями, происходящими в городе. – Солдаты понимали, что их роль – поддерживать порядок, если горожане настолько разойдутся, что одни лишь серые с ними не справятся.

– А провокаций достаточно, чтобы мои просьбы прозвучали обоснованно? – спросил Могаба.

Гопал улыбнулся, блеснув зубами. Шадариты гордились своими хорошо ухоженными зубами.

– Удивительно, но с тех пор, как в городе узнали, что Черный Отряд действительно вернулся, надписей на стенах стало меньше. Впечатление такое, словно реально симпатизирующие Отряду больше не желают рисковать, а всяческим вандалам, которые в основном их и малюют, вдруг расхотелось, чтобы их ассоциировали с любым реальным ужасом.

– Ужасом?

– Ты был прав в том, что сказал вчера вечером. В городе нарастает страх перед Отрядом. Совсем как в прежние времена, судя по твоим словам. Я этого не понимаю. Зато страх помогает поддерживать спокойствие в городе именно тогда, когда я ожидал намного больше проблем.

– Если нужны провокации, а злодеи не преподносят их на блюдечке, то не стесняйся создавать их сам. Аридата, ты знаешь, что надо делать. Действуй. И как можно быстрее. Пока события не начали развиваться с такой скоростью, что лишат нас всяких шансов. – Хотя все могло произойти почти моментально, Могаба отбросил любую реальную надежду застать Протектора врасплох при ее возвращении в город.

А сейчас создавалось впечатление, что она даже не планирует возвращаться, пока со вторжением Черного Отряда не будет покончено.

51. Таглиосские территории. В центре империи

Душелов, облаченная в черную кожу и кипящая от гнева, обходила периметр укрепленного лагеря на полпути между Годжей и Деджагором. За ней следовал десяток перепуганных офицеров. Каждый мысленно молил о милосердии своего бога или богов. Разгневанная Протектор равнялась стихийному бедствию, с которым никто не хотел столкнуться. А в ее эксцессах логики было не больше, чем в траектории торнадо.

– Они не сдвинулись с места. Вот уже шесть дней, как они не сделали и Шагу. После того, как мчались на север подобно буре – так быстро, что мы едва не сдохли, пытаясь выставить на их пути хоть какой-нибудь заслон и остановить. Чем они занимаются? Что внезапно изменилось?

Как и всегда во время сильного волнения, речь Душелова была мешаниной спорящих голосов. Это еще больше нервировало бредущих следом офицеров. Никто из них прежде не видел ее наяву.