Черный Отряд

Где можно расстелить одеяло, прежде чем я рухну?

Свободное пространство оставалось только в хвосте Отряда. Все мои товарищи по полету, за исключением Тобо, уже обосновались там. Вообще-то я хотела сначала поесть, но усталость навалилась на меня, прежде чем я проглотила третий кусок демонической пищи. Последнее, что мне пришло в голову, – может, Бог не заметит, что одна из Его верующих приняла дар от Проклятого? И вот еще, интересная мысль. Бог знает все. Следовательно, Он знает, что делает Шевитья, и позволяет ему делать это. Следовательно, тот факт, что великодушие демона обернулось для нас выгодой, отвечает Божьей воле.

А противиться Божьей воле грешно.

96

Мне приснился странный сон.

Конечно, это был сон. Не может быть, чтобы Шевитья проник в мое сознание.

Сначала я была на Сияющей Равнине. Камень вспоминал. И хотел, чтобы я узнала все, что он помнил.

Потом я оказалась в другом месте. И в другом времени. Я стала демоном Шевитьей и ставила опыты над миром – бледная имитация Бога. Я была вездесуща, потому что пол, окружающий трон, связывал мое царство в единое целое. Мы слились воедино – и певец, и песнь.

Мой лик пересекали люди, большая группа людей. Для меня время значило совсем не то, что для смертных, но я понимала, что прошли века с тех пор, как это случилось в последний раз. Смертные больше почти не появлялись здесь. Очень редко. И никогда в таком количестве, как сейчас.

Во мне оставалось достаточно от Дремы, чтобы осознать – Шевитья вспоминает появление Плененных, еще до того, как они наткнулись на ловушку Душелова. Зачем демону понадобилось, чтобы я увидела это? Мне и так все было известно.

Мурген не раз рассказывал мне эту историю, добиваясь, чтобы она была отражена в Анналах в точности так, как он хотел.

Не было четкого ощущения чьего-то присутствия рядом, и все же я почувствовала мягкое давление, принуждающее меня перестать проявлять любопытство, задаваться ненужными вопросами и смотреть на происходящее со стороны, принуждающее меня позволить цветку распуститься. Мне следовало уделять больше внимания дядюшке Дою. Способность полностью отказываться от собственного «я» могла пригодиться в ситуации, подобной той, в которой я оказалась.

Да, время для демона текло совершенно по-другому. Но он старался приспособиться к недолговечным смертным, встать на их точку зрения, снабдить меня информацией о том, что, по его представлениям, могло оказаться полезным.

Вся авантюра прошла перед моими глазами с начала до конца. Включая отчаянное бегство, во время которого погиб Бадья, а Лебедь получил возможность войти в историю как заложник злых сил. И поначалу я никак не могла понять, почему сперва мне были показаны лишь наиболее важные моменты истории – быстро, как бы наскоком.

Но я же не тупица.