Черный Отряд

Дороги тоже были защищены.

Я припустил на север, еще не зная, что именно собираюсь делать, хотя и подумывал о том, чтобы проведать Сари.

Но задолго до того, как я ухитрился рывком вернуться в свою плоть, мне удалось обнаружить нечто интригующее. Прямо перед Вратами Теней.

103

На следующее утро Костоправ был до неприличия весел и добродушен, да и подружка его улыбалась с заговорщическим видом. Должно быть, они урвали-таки несколько приятных минуток наедине.

– Чего такой мрачный? – спросил меня Костоправ.

– Не спал ни хрена.

– Нервишки шалят?

– Я блуждал с духом.

– Ага. И наверняка увидел что-то важное, иначе не имел бы сейчас такую кислую рожу.

Я рассказал обо всем, кроме белой вороны. И не преминул заострить внимание на слишком уж бодром и веселом настроении Душелова.

– Она что-то задумала."

"– Это у нее в крови, – сказала Госпожа. – Она манипулировала людьми, когда еще и говорить толком не умела. Не беспокойся, предоставь ее мне.

– Ты поел? – спросил Костоправ.

Я кивнул.

– Тогда поднимай людей, и вперед.

– Погоди минутку, еще пару словечек насчет моей приятной ночной прогулочки. Помнишь тех людей, которые вовсю торопились к Вратам – еще пылищу подняли? Так вот, это были не кто иные, как Гоблин, Одноглазый и матушка Гота. К сожалению, я не мог сместиться в прошлое и выяснить, что к чему, но, бьюсь об заклад, они спешили, рассчитывая поспеть до нашего ухода.

Улыбка с физиономии Костоправа мигом слиняла.

– Ты что-нибудь подслушал?

– Могучий храп. Все они дрыхли. Правда, Гоблин бормотал во сне, но черт знает на каком языке.

– Дорога открыта, – заметила Госпожа, – можно послать за ними и забрать их с собой.

– Вряд ли это разумно, – возразил Костоправ. – Даже если послать за ними всего одного парня, остальным-то придется торчать на месте и ждать. А это пустая трата и времени, и припасов.

– Мы могли бы вернуться все.

Мы со Стариком промолчали, да она и не ждала никакого отклика. Просто размышляла вслух, перебирая возможности.

Было достаточно светло, чтобы разглядеть ближайшие к нам камни. Письмена на них начинали поблескивать. Ночью, при луне, буквы не светились. Почему же они заблестели в утреннем сумраке?

– Что-то мне не по себе, – сказал я Костоправу.

– Мне тоже. Но мы должны сделать выбор. Ты считаешь, нам следует отложить поход из-за того, что эти блудилы повылазили из своих нор?

– Нет. Они дождутся там нашего возвращения, – ответила Госпожа.

Хотелось надеяться, что ее уверенность оправдана. Ведь в наше отсутствие за Вратами могло произойти черт знает что.

– Давай, Знаменосец, – скомандовал Костоправ. – Забирай свой дрын, и в путь.

Когда я потянул за древко, Знамя легко подалось, и я вытащил его из отверстия как ни в чем не бывало.

* * *Крепость на горизонте никак не становилась ближе.