Черный Отряд

Мы всегда отыскивали способ пустить мятежникам кровь из носа, даже когда армии Госпожи отступали. Теперь же, однако… Наша уверенность начала слабеть.

Форсберг, Розы, Лорды плюс десяток менее масштабных поражений. Поражение отчасти есть обратная сторона победы. Нас преследовал тайный страх того, что, несмотря на очевидные преимущества позиции на перевале и поддержку Взятых, что-нибудь да пойдет наперекосяк.

Возможно, командование само создавало такое настроение – или Капитан, или даже Душелов. Не исключено также, что оно рождалось само собой, как это уже однажды произошло.

Рядом со мной вниз по склону плелся Одноглазый – угрюмый, мрачный, ворчащий себе под нос и ищущий драки, на худой конец скандала. Тут ему и подвернулся Гоблин.

Соня Гоблин только что выполз из спального мешка, раздобыл тазик с водой и умывался – он у нас педантичный старый хрыч. Заметив его, Одноглазый увидел возможность выместить на ком-то свое скверное настроение. Он тут же пробормотал несколько странных слов и причудливо задергался, изобразив нечто вроде смеси балетного танца с воинственной пляской дикарей.

И вода в тазике у Гоблина изменилась.

Я почувствовал изменение носом даже с расстояния в двадцать футов. Тазик наполнился чем-то зловеще-коричневым, а на поверхности этой жижи плавали тошнотворные зеленые комки. Казалось, эта гадость вонючая даже на ощупь.

Гоблин, сохраняя величественное достоинство, встал и обернулся. Несколько секунд он смотрел в глаза злобно ухмыляющемуся Одноглазому, затем поклонился. Когда он выпрямился, его лицо украсила широченная лягушачья улыбка. Распахнув пасть, Гоблин испустил жуткий душераздирающий вопль, от которого, казалось, содрогается земля.

Колдуны сорвались с цепи, и горе тому дураку, что встанет между ними. Одноглазого кольцом окружили какие-то тени и тут же, извиваясь, расползлись во все стороны тысячей рассерженных змей. Заплясали какие-то призраки, выползавшие из-под камней, прыгавшие с деревьев и выскакивавшие из кустов.

Призраки попискивали, повизгивали, хихикали и преследовали порожденных Одноглазым змей.

Ростом призраки были около двух футов и весьма сильно смахивали на копии Одноглазого, только с гораздо более уродливыми физиономиями, а их задницы очень напоминали задницы самок бабуинов в сезон любви. Только не спрашивайте меня, что они вытворяли с пойманными змеями, – все равно не скажу."

"Ошарашенный Одноглазый аж подпрыгнул. Он матерился, визжал и пускал пену изо рта. У нас, ветеранов Отряда, и прежде наблюдавших за этими битвами мартовских котов, не возникало и сомнения в том, что Гоблин заранее все подстроил и лишь ждал момента, когда Одноглазый попадется на какую-нибудь провокацию.