Черный Отряд

Овражек неподалеку густо зарос кустарником. Там можно прятаться до тех пор, пока не забудешь, что оранжевой пижамы на ночь надевать не стоит.

Я захрапел в тот же миг, как опустился на землю. И никуда не унесся."

"Разбудил меня запах дыма. Я сел. В тот же миг поднялся и Зиндху. Я увидел ворону, разглядывавшую меня с расстояния, столь близкого, что мне пришлось скосить глаза к носу, чтобы сосредоточить взгляд на ней. Таглиосец, который должен был стоять на часах, спал без задних ног. Для хорошо отдохнувшего это уж слишком. Я ничего не сказал. Зиндху тоже хранил молчание.

Через несколько мгновений опасения мои подтвердились.

Кто-то закричал на языке южан. Ему ответили. Ворона залилась хохотом.

– Они знают, что мы здесь? – еле слышно спросил Зиндху.

Казалось, ему трудно в это поверить.

Я поднял палец, требуя полной тишины, и, прислушавшись, разобрал несколько слов.

– Они знают, что здесь кто-то есть. Кто именно, не знают. Недовольны, что нас нельзя просто прирезать. Хозяину Теней нужны пленные.

– Может, выманивают?

– Они не знают, что кто-нибудь из нас понимает их язык.

Белая ворона, сидевшая рядом, каркнула и захлопала крыльями, пробиваясь наверх сквозь ветви. К ней присоединилось еще десятка два.

– Если не сможем скрыться, придется сдаваться. Драться нельзя.

Зиндху принял безнадежный вид.

Я согласился. Во мне тоже радости оставалось мало. Равно как и в таглиосцах. Бедные мы, несчастные…

Скрыться нам не удалось. Вороны от души развлеклись, наблюдая наши тщетные старания.

59

Время не имело значения. Лагерь Хозяина Теней располагался где-то к северу от Деджагора. Мы были из первых, взятых в плен, но вскоре к нам присоединились еще. Множеству людей Могабы не терпелось покинуть город.

Зато ему полегчало с прокормом оставшихся.

Никто из наших в плен не попал – видимо, Гоблин с Одноглазым крепко держали их в узде.

Мотыльков я больше не посылал, стало быть, им известно, что вместо Госпожи я отыскал кучу неприятностей на свою голову.

Даже охрана наша ведать не ведала, зачем мы понадобились Тенекруту. Может, и к лучшему, что мы этого не знали.

Так я провел множество дней. С поросятами, откармливаемыми к столу, и то обращаются лучше. Пленные продолжали поступать. Еда была вовсе неподходящая. После нескольких кормежек у всех открылся сильнейший понос. Отхожих мест не было. Даже простых сточных канав. И выкопать самим не позволяли. Наверное, не хотели создавать нам слишком уж комфортабельных условий.

Впрочем, житье наше было немногим хуже, чем у собственных солдат Тенекрута. У них ничего не осталось, и ничего не предвиделось в будущем. Несмотря на репутацию Тенекрута, они разбегались толпами. Оставшиеся ненавидели его за то, что довел их до подобного состояния. И злость вымещали на нас.