Черный Отряд

Так жутко, что мне отчаянно захотелось вернуться туда, где тепло, где кто-нибудь поддержит и скажет, что тьма не всегда несет в себе ужас. Мне захотелось к Сари, тому свету в ночи, что правит миром.

– Отнеси меня домой, Копченый.

36

Капитан меня предупреждал. «Будь точен», говорил…

И не раз.

Меня понесло и увлекло туда, к крови и пламени, к корчащимся, темнеющим и обугливающимся бумагам. Я лежал в луже крови, скопившейся вокруг. Топот бегущих отдавался в ушах, словно мерная, оглушающая поступь гигантов.

Слышал я и крики, коим не было конца.

Костоправ меня предупреждал. А я забылся. Он ведь не сказал – а может, и не понимал, – что понятие «дома» чье-нибудь сознание может определить как страшную эмоциональную боль… Рвущую. Терзающую. Копченый отнес меня в Таглиос, только – в тот момент, что казался концом самого времени. Дрогнув от отвращения, я понесся назад, и отвращение было столь сильно, что я завлек самого себя, и ненавистные обрывки прошлого, и сбитого с толку Копченого в самую Преисподнюю.

Не имея ни личности, ни воли, он не мог и не стал смеяться над тем, как я тонул в океане боли.

У Преисподней есть название. Деджагор – имя ей. И все же Деджагор – лишь меньший из ликов Ада.

Из величайшего же мне удалось бежать. Еще раз.

Ни воли, ни личности…"

"Ветер метет равнину сияющего камня, но ничто не колыхнется на ней. Опускается ночь, и ветер умирает. Равнина стряхивает с себя тепло, и пробуждаются Тени. Лунный свет озаряет безмолвие камня.

Равнина простирается на все четыре стороны света, не имея границ, различимых изнутри, однако центр ее определен вполне. То – эпическое строение из того же камня, что и равнина, и столпы ее.

Ничто не шелохнется в бездвижности той, лишь дрогнет порою дымка в лучах света, пробивающихся сквозь врата сна. Тогда Тени отсиживаются в укромных уголках. И так, в едва уловимых биениях сердца тьмы, протекает их жизнь.

37

Воли – нет. Личности – нет. И Копченого – нет.

Только боль. Такая, что и Копченый покинул меня. Теперь я – лишь раб воспоминаний.

Теперь я – дома. В обители боли.

38

А-а, вот и ты!

Вот мы и снова встретились. Ты опять куда-то пропал…

…существо, хоть и безлико, однако ж довольно улыбается…

Ночь была полна приключений, верно? И забавы еще не кончены. Вон, гляди. Черный Отряд со вспомогательными подразделениями начал атаковать тенеземцев. А то – прут на рожон, словно до смерти желают пожить в стенах Деджагора…

Гляди, вон двойники и иллюзорные солдаты, чтоб заманивать южан в засады или же заставлять выдать себя.

А, ладно. Идем назад, на стену. Мелочь, а ведь о ней саги сложить могут…

Бой переместился на восточный конец города. Вряд ли кто-то еще здесь торчит. Несколько человек несут вахту на стене, и все.