Черный Отряд

Ворчун здорово умел отыскивать в них похожие случаи и принимать их к сведению – в основном потому, что не очень доверял своим командно-стратегическим талантам. А вот у Могабы самоуверенности – хоть отбавляй. Всякий раз он находил повод уклониться от знакомства с историей Отряда. И лишь недавно для меня стало очевидным, что он не умеет ни читать, ни писать. В некоторых землях грамота считается делом немужским. Может, и среди наров в Джии-Зле было так, несмотря на то, что ведение Анналов – священный долг братии Черного Отряда.

– Очень мало. Существует лишь проверенная временем тактика, когда внимание колдуна отвлекается на второстепенную цель, где он причинит меньше ущерба, чем хочет. И продолжаешь так до тех пор, пока он не выдохнется, либо пока не сможешь подобраться к нему и перерезать глотку. Последнее нам не подходит – на этот раз Тенекрут будет осторожнее. Может, даже из лагеря не высунется, если только мы не выманим его.

Могаба кивнул. Услышанное его не удивило.

– Зиндаб?

Зиндаб – старейший и ближайший друг Могабы. С самого раннего детства. Ныне – его заместитель и командир Первого Таглиосского Легиона, лучшего среди таглиосских подразделений. И старейшего. Когда мы только-только прибыли в Таглиос, Ворчун назначил Могабу руководить обучением новобранцев, и этот Легион – его рук дело.

Зиндаба можно считать братом Могабы. Пожалуй, Могаба дорожит его добрым мнением больше, чем должен бы.

– Можно попробовать удрать, – отвечал тот. – Га-га-га! Шутка.

Могаба шутки явно не понял. А если и понял, то не нашел в ней ничего смешного.

– Отвлечь его с помощью артиллерии, – предложил я. – Если приблизится на выстрел – может, повезет его прищучить.

Так мы поступили во время той великой битвы, закончившейся тем, что нас заперли здесь. Нам повезло: мы остались живы, чтобы затем немедля влипнуть в громадную кучу дерьма. Однако устранить Тенекрута полностью не получилось…

– Сыграем на быстроте маневра, – решил Могаба. – Выстрел – смена позиции. Прямое столкновение будет для нас гибелью. В качестве прикрытия используем анфиладный огонь, чтобы противник не мог сосредоточиться на чем-то одном. Глаза в глаза становиться нельзя.

Могаба посмотрел мне в глаза. Ему нужна была помощь Гоблина и Одноглазого, однако гордость не позволяла просить о ней. Он, помнится, высказывался в том духе, что волшбы не потерпит, потому как ей в Черном Отряде – не место. Колдовать – подло, бесчестно, и потому подобает лишь мошенникам. Настоящий мужчина не может лгать. Все это он втолковывал, в частности, нашей парочке клоунов всякий раз, когда видел их. И даже сулил им немалые выгоды в случае, если они оставят «его» Отряд.