Черный Отряд

Не буду знать – значит никому не смогу сказать, как бы на меня ни давили. Лучше назови такое место, где ты мог бы наблюдать за мной так, чтобы тебя не мог увидеть ни я сам, ни те, кто будет за мной следить.

Смед немного подумал и назвал такое место. Он его хорошо знал, потому что трудовой батальон, в котором он отбывал свой срок, проходил этим маршрутом дважды в день, утром и вечером. Он описал это место Рыбаку, а потом спросил:

– Что ты затеваешь?

– Собираюсь идти к Страннику. Торговаться.

– К черту, мужик! Он же порежет тебя на мелкие кусочки!

– Он может. Но на нас точат зубы многие, а он – единственный, кто предложил конкретную сделку.

– Если бы у меня был выбор, я бы скорее отдал эту дрянь повстанцам. Имперские шишки и без нее достаточно мерзкие ребята.

– Может, ты и прав, – проворчал Рыбак. – Беда в том, что они не хотят за нее платить. Они хотят, чтобы мы отдались им по любви. А я, как всякая старая и умудренная опытом проститутка, имею обыкновение получать плату за свои услуги. Желательно – вперед.

– Для таких парней, как мы, – подумав, сказал Смед, – в общем-то без разницы, кто заправляет делами. Кто бы они ни были, их главная цель – жить за наш счет.

Тем временем разверзлись хляби небесные. Снег повалил так густо, что превратился из врага в союзника.

Старый Рыбак принялся объяснять Смеду, что тому следует делать.

Глава 67

Честная компания буквально вломилась в конюшню, спасаясь от разбушевавшейся вьюги.

– Мы потеряли их, – злобно проворчал Ворон.

– Там сейчас даже свою руку не разглядишь, пока не поднимешь ее к морде, – добавил один из Крученых.

– Но ведь сумел же ты выследить Загребущего во время того страшного бурана в Розах? – спросил я.

– Тогда были другие обстоятельства, – коротко ответил Ворон. Он был сейчас разозлен вдвойне. Из-за того, что ему померещилось, когда он ввалился в конюшню. Будто мы делали что-то такое будучи изрядно продырявленными.

Душечка велела им заткнуться. Было ясно, что она уже успела все обдумать. Теперь она просто объяснила остальным, как нам придется действовать, если те парни опять подскажут серым, где нас искать. Она их почти жалела, тех двоих.

Вечно кому-то сочувствует; у нее с этим делом явный перебор. Лично у меня не было ни капли жалости к парням, втыкавшим в меня ножи при каждой встрече.

Волнение поднялось несколько часов спустя, когда пара наших маленьких разведчиков примчалась из храма со срочным сообщением. Какой-то хмырь, судя по описанию, – тот самый, что метнул в меня нож, явился к Страннику, чтобы заключить сделку. А в качестве жеста доброй воли сказал тому, где можно найти бригадира Головню, а заодно – и всех нас, грешных.