Черный Отряд

Тот сидел на большом упавшем стволе, положив лук на колени и глядя на землю.

Он промолчал, и я ответил за него:

– Он решил, что вы сумеете придумать что-нибудь получше.

Душелов рассмеялся:

– Я думал об этом по дороге сюда, но ничего подходящего так и не придумал. Я присоединяюсь к Ворону – я уже вызвал Меняющего, и скоро он будет здесь. – Он взглянул на Хромого: – А ведь ты влип, верно? Человек в таком возрасте должен хоть немного набраться мудрости, – сказал он мне и повернулся к Ворону: – Ворон, он был тебе наградой от Госпожи.

– Я это ценю, – буркнул Ворон.

Я уже успел об этом догадаться. Но ведь предполагалось, что и мне что-то перепадет, а я пока не видел даже намека на исполнение любой своей мечты. Душелов опять исполнил фокус с чтением мыслей:

– Полагаю, твоя награда изменилась. Она еще не доставлена. Устраивайся поудобнее, Костоправ. Мы еще долго здесь пробудем.

Я подошел к Ворону и сел рядом с ним. Мы не разговаривали. Мне ничего не хотелось говорить, а он блуждал где-то внутри себя. Как я уже сказал, человек не может жить одной лишь ненавистью.

Душелов тщательно проверил путы наших пленников, оттащил раму с ковром в укромное место и уселся на куче камней.

Меняющий Облик прибыл двадцать минут спустя – огромный, уродливый, грязный и вонючий, как всегда. Он осмотрел Хромого с ног до головы, посовещался с Душеловом, постоял с полминуты возле Хромого, негромко рыча, потом залез на свой летающий ковер и рванул прочь.

– Он тоже пас, – пояснил Душелов. – Никто не хочет взять на себя окончательную ответственность.

– И кому же он ее передал? – удивился я. У Хромого больше не осталось заклятых врагов.

Душелов пожал плечами и снова уселся на камень. Он забормотал десятком голосов, погрузившись в себя и съежившись. Полагаю, мы оба были рады остаться наедине со своими мыслями.

Тянулось время. Пронзавшие листву копья солнечных лучей становились все более пологими и гасли один за другим. Я уже стал гадать, не окажется ли Ворон прав в своих опасениях, – после наступления темноты мы станем легкой добычей, а Взятым, чтобы видеть, солнце не нужно.

Я посмотрел на Ворона. Что сейчас происходит в его голове? Его лицо было бесстрастным – с таким лицом он играет в карты."

"Я спрыгнул с бревна и принялся бродить вокруг, как недавно бродил Хромой. Заняться было решительно нечем. Я метнул шишку в выступ на бревне, за которым мы с Вороном укрывались, и… выступ исчез, провалился! Я бросился было за окровавленным мечом Шепот, но тут до меня дошло, что именно я увидел.

– Что-то случилось? – спросил Душелов, когда я остановился.

– Кажется, мускулы растянул, – солгал я. – Хотел немного пробежаться, ноги размять, да что-то с ногой случилось. – Я помассировал правое бедро, Душелов вроде бы удовлетворился моим объяснением.