Черный Отряд

Думаю, никому не стоит его касаться.

– Почему? – заволновался Талли."

"– Потому что он обжег Тимми куда сильней, чем должен бы. Потому что он начинен зловредными колдовскими чарами и нам, может, вообще не надо было путаться в это дело.

Когда Рыбак ушел за травами, Смед сделал, как ему было сказано. Перевернув бадью, он концом палки передвинул Клин на одеяло.

– Послушай, Талли, – сказал он. – Посмотри сам. Эта дрянь все равно горячая, хотя побывала в воде. Если провести рукой сверху, тепло становится на расстоянии фута.

Тот проверил; на его лице появилось встревоженное выражение.

– Заверни-ка эту железку получше, – посоветовал он, – завяжи потуже и засунь в самую середину мешка.

Вот как? Значит, Талли не собирается нести Клин сам? Не хочет все время держать его в поле зрения? Это было подозрительно.

– Слушай, помоги мне тут немного, – вдруг попросил Талли. – Мне одному никак не затянуть мешок потуже.

Смед кончил упаковывать сверток с Клином и подошел к брату, поняв по его голосу, что тот хочет ему кой о чем шепнуть.

Когда они затолкали барахло в мешок, умяли его и перевязали веревкой, Талли пробормотал:

– Я решил ничего не делать на обратном пути. Оба могут еще понадобиться. Разберемся с ними попозже, уже в городе.

Смед кивнул. Он вовсе не собирался сообщать братцу, что передумал, а только лишний раз поклялся про себя сделать все, чтобы Тимми, Рыбаку, да и ему самому от продажи Серебряного Клина досталась честная доля.

Он-то знал, какие мыслишки копошатся в голове Талли. Братца не устраивал даже тот небывалый фарт, что им уже привалил. Он хотел использовать Рыбака и Тимми как вьючных ослов. Пусть только доволокут до города свою часть поклажи. А уж там он сумеет с ними разделаться.

Смед сильно подозревал, что Талли не захочет поделиться добычей даже с ним.

Глава 20

Наш костер догорел почти дотла. Только угольки кое-где продолжали тлеть под золой. Время от времени маленький язычок пламени выстреливал вверх, плясал несколько секунд, а потом умирал. Я лежал и смотрел на звезды. Большинство из них были мне давно знакомы, но почти все чуть сдвинулись со своих мест. Созвездия выглядели какими-то скособоченными.

Ночь стояла как раз такая, чтобы загадывать желания, считая падающие звезды. На моем счету уже семь.

– Тебя что-то беспокоит? – вдруг спросил Ворон.

Я вздрогнул от неожиданности. Это были первые слова, которые он сказал после обеда. Мы вообще мало разговаривали.

– Как-то не по себе, – вяло ответил я.

Я давно не следил за временем. Не имел ни малейшего понятия ни где мы находимся, ни куда направляемся. Все эти чертовы дороги слились в одну-единственную, уводящую нас все дальше от дома, на юг.

– И несомненно, удивляешься, что тебя сюда занесло?

– Да нет. Сам на это напросился.