Игра в отрезанный палец

Ну да Рефат и не был ментом.

— Давно приехали? — спросил Виктор.

— Давай без церемоний, пора уже друг другу дружески «тыкать». Сегодня приехал. Пойдем погуляем?

Виктор бросил взгляд на темный Гидропарк, суженный фонарным светом до пятачка вокруг станции метро.

— Пойдем, пойдем! — улыбнулся Рефат. — Тут еще пивная работает и кафе.

Братва гуляет…

Они спустились с эстакады платформы в переход, одновременно объединявший обе половинки Гидропарка, разрезанного поверху линией метро. Свернули налево."

"Пустая безлюдная площадка. Свет от фонарей падал на неровно уложенные бетонные квадратики, на скелетообразные парковые скамейки, на закрытые киоски и маленькие кофейни.

— Ну что, углубимся? — предложил Рефат, кивнув куда-то в темноту, куда убегала из-под фонарного света узкая асфальтовая дорожка.

— Зачем? — не утерпел Виктор. — Можем здесь присесть и поговорить.

— Здесь нас видно будет. И слышно. Да ты не бойся, или ты без оружия?

Виктор промолчал, и они пошли медленно прочь от фонарного света.

— Мы недалеко прогуляемся и вернемся. Ну рассказывай, какие новости?

Виктор прикусил нижнюю губу. Вздохнул. Подумал, раз пришел, значит, все-таки готов был делиться.

— Опознали еще двоих на фотографиях, — сказал он. — Один — Василий Портнов, из уголовников. Сейчас в розыске, по слухам, прячется в России.

Второй, один из бежавших, Сергей Сахно. Кличка «Сапер». Кылимник сейчас во Франции военный атташе украинского посольства… Да, вдова Броницкого погибла.

Несчастный случай. — Последнюю фразу Виктор не удержался и произнес с ехидцей.

— А сын?

— Что сын?

— Сын где? Разве ты не ездил к нему в Англии?

— Пропал. — Виктор посмотрел под ноги, на матовый мокрый асфальт. — Его увезли якобы на машине украинского посольства, чтобы отправить домой. Было сообщение, что с матерью произошел несчастный случай…

— А несчастный случай произошел на два или три дня позже, — перебил, кивая, Рефат.

— Ты что, все это знаешь? — удивился Виктор.

— Нет, не все. Куда нам! — улыбнулся Рефат. — Продолжай!

— Это все.

— Тогда моя очередь хлебом делиться. Кажется, мы нащупали четвертого.

Уверенности нет, но руки чешутся. Через пару дней будет окончательно известно.

— И кто он?

— Если это он, — Рефат выдержал паузу, словно собирая мысли в будущие предложения. — Один военный переводчик поехал из Душанбе в Киев по приглашению одного киевского полковника. Семью отправил к родственникам в Саратов. Попросил их там месяц — полтора обождать, пока он обустроится, обо всем договорится и квартиру получит. Но вещи и мебель они отправили сразу, и она где-то в Киеве.

Они ждут от него новостей, а он не пишет. И вдруг через два месяца письмо от другого киевлянина с сообщением, что ему были оставлены этим переводчиком деньги на хранение.