Не отрекаются, любя...

Утром он не досчитается парочки часов по сто тысяч баксов каждые, или пару дизайнерских кресел в два раза дороже. Что он, кстати, может и не заметить.

Дома, переполненные дорогими вещами. И вещи, что покупались ради красивой фоточки в инстаграм, и лишь потому что надо же было потратить на что-то деньги. Про них тут же забывали. А у Ваан было незыблемое правило: брать только то, чего много. И чего не сразу хватятся, а то и не хватятся вообще.

У Марка «срывов» не было. Голодные до молодого пролетарского тела самки цеплялись к нему как лишай до пионэрки. Но это была просто работа. Для себя Марк нашёл скромный тайский бордельчик неподалёку. И ласковые послушные таечки встречали его там как дорогого гостя. Впрочем, они всех так встречали. Для женщины, в чьей национальной культуре интимное место — голова, нет ничего ни постыдного, ни запретного в «бум-бум», как они называли секс. В Тае упаси тебя бог погладить кого-то по голове, особенно ребёнка — может, руку и не отрубят, но это равносильно коснуться интимного места ребёнка у нас. А в борделях главное не нарваться на трансвестита, ледибоя или катоя — сменившего пол мужчину.

Но сейчас Марк был без Ваан. И здесь не ради удовольствия.

Четырнадцать раз за два года приезжал Свин, как прозвал его Марк, в Таиланд. Четырнадцать грёбаных раз заказывал яхты и вертолёты, узкотазых таечек и поездки в буддийские храмы, которые истово любил. И только на пятнадцатый Марку удалось придумать план, и он устроился в компанию, что устраивала индивидуальную рыбалку. Переводчиком и так, на подхвате.

Сначала он хотел скормить Свина живьем пираньям в том самом озере, где этот мудак рыбачил. Но, к сожалению, рассказы о том, что пираньи страшные хищники с неуёмной жаждой свежей плоти, всего лишь миф. Пресноводные пираньи, что достигают в длину тридцать с лишним сантиметров, имеют мощные челюсти, шутя перекусывающие палку, гибкие мускулистые тела и всегда держатся стаями — довольно робкие и осторожные рыбы, которые не осмеливаются приближаться к объектам, намного превышающим их в размерах. Если только покидать тело гандона в озеро по кускам.

Но это был не вариант. Для себя Марк сразу решил: выглядеть должно, минимум, как несчастный случай, максимум, как самоубийство. И для Свина выбрал минимум.

— Нравиться тут? — отклячила попку жена Свина, и, словно ощупывая что-то в задних карманах, призывно погладила ягодицы.

— Жарко, — пожал плечами Марк. — Хочешь чего-нибудь освежающего? Или, может, экскурсию по территории? Как я понял, рыбалка тебе не очень интересна?

Он показал глазами на её мужа.

Щуплый таец время от времени плескал в озеро отбросы из большого ведра с помоями. В этом кишащей пираньями месиве, где рыбы боролись за кусок повкуснее, Свин пытался выхватить на удочку добычу.