Погружение в отражение

А тут благородный аромат табака и парфюма. Если бы еще Владлен Трофимович научился после себя чашку мыть, так цены бы ему не было.

Ирина распахнула форточку и понесла грязную посуду в туалет. Когда вернулась, Лестовский маялся возле кабинета и, кажется, был недоволен, что она заперла дверь.

Когда она открыла, Владлен Трофимович вошел вслед за ней.

– Вы все еще упорствуете? – спросил он кокетливо.

– Что, простите?

– Все еще возражаете против того, чтобы я вас подвозил?

– Да, Владлен Трофимович. И так будет до конца процесса, поэтому не трудитесь переспрашивать.

– Как жаль… И кофе со мною не выпьете?

– Нет, не выпью.

– Жаль, жаль…

Вздохнув, как плохой актер, изображающий отчаяние, он опустился за ее стол и сложил перед собою руки корзиночкой.

– Кажется, я вас просила не садиться на мое рабочее место.

– Ирина Андреевна, дорогая вы моя! – Владлен Трофимович по-пасторски покачал головой. – Вы уж позвольте мне по душам с вами побеседовать на правах старшего товарища…

– Не позволю.

– Ах, Ирина Андреевна, Ирина Андреевна, что вы со мной делаете! – протянул Лестовский. – И все-таки давайте говорить. Поверьте, вы мне потом еще спасибо скажете!

Она посмотрела на часы:

– Рабочее время закончилось. Прошу вас покинуть кабинет.

– Зачем же так сурово? – возопил Лестовский и тут же весело, со вкусом расхохотался.

Ирина поморщилась. Эта липкая публика до странности терпима к чужому хамству, уму непостижимо, сколько оскорблений они готовы проглотить, пока им это выгодно, и на какую ерунду обижаются, когда могут себе это позволить.

Она молча начала одеваться.

Лестовский вскочил и подал ей пальто, встав слишком близко и подержав его в руках дольше, чем нужно.

– Я вас хочу предостеречь, – вкрадчиво сказал он, – возможно, вы не до конца отдаете себе отчет, насколько важен этот суд. От нас ждут результата на самом верху.

Он многозначительно закатил глаза.

– Я это знаю, спасибо.

– Быстрого результата, Ирина Андреевна. А вы, простите, занимаетесь какой-то ерундой. Скажите на милость, зачем нам знать, есть ли у Еремеева машина? А что касается консультации офтальмолога… – Лестовский сокрушенно покачал головой, – вообще ни к селу ни к городу. Нам точно известно, что Еремеев не слепой и прекрасно ориентируется в пространстве, так к чему затягивать процесс, сея никому не нужные сомнения?

Ирина вышла в коридор, поигрывая ключами. Лучше бы у него носки воняли, ей-богу."

"– Быстрого правосудия не бывает, Владлен Трофимович, – сказала она, – возможно, вам вскружило голову, что вы обладаете равными правами с судьей, и вы решили, что раз старше, то можете учить меня выполнять мою работу. Так вот я вам поясню: вы обладаете таким же голосом, как у меня, в вынесении конкретно этого приговора.