Руки моей не отпускай

– А-а-а! – звонко и перепуганно-истошно верещала она, и вместе с ее криком сорвался с места Ярославцев, а за ним, отстав на пару шагов, водитель Антон Евгеньевич и техник группы Олег, а за ними Игорь, не останавливавший съемку.

Они неслись к машине, которая, еще раз дернувшись всем своим могучим корпусом, ухнула под воду до половины кабины.

– Звони 112! – кричала где-то за спиной Ася, бежавшая следом за мужиками, видимо, Юле, переставшей бедово орать.

– …! – коротко, но емко нецензурно ругался на бегу Антон Евгеньевич. – Козел, придурок недоделанный! Ах, ты ж, … твою дивизию!

Они очень быстро бежали, но не успели совсем чуть-чуть – что-то издало утробное ухание – не то лед или вода, не то машина, жаловавшаяся на свою погибель, и под ее задними колесами обломилась кромка льда, державшая ее до сих пор наверху, и джип, дернувшись всем своим могучим телом, резко пошел под воду.

Ярославцев, подбежав к краю огромной образовавшейся полыньи, еще на бегу начал торопливо сдирать с себя верхнюю одежду. Подбежавший к нему через мгновение Антон Евгеньевич, удивительно шустрый для плотного мужичка лет за пятьдесят, завернул очередное матерное коленце и принялся раздеваться следом за ним.

– Куда?! – яростно заорала на Василия Ася, подбегая и хватая его за руку. – С ума сошел?! Ты только что после тяжелой пневмонии! Нельзя!

– Асенька, – улыбнулся он успокаивающе, взял ее за руку, мертвой хваткой вцепившуюся в рукав его свитера, и сказал очень просто, как самую обычную вещь: – Там люди.

– Ты не выплывешь, понимаешь?! – кричала она, еле сдерживая злые, отчаянные слезы. – У тебя ослаблены легкие, они еще не восстановились, вода ледяная, ты просто схватишь спазм легких, и все!

– Все будет хорошо, – уверил он железно, отдирая ее пальцы от своей руки и резко наклоняясь, чтобы снять ботинки.

– Что будет хорошо?! – возмущенно кричала она и не могла остановиться: – Тебе нельзя в ледяную воду, нельзя! У тебя что, Ярославцев хобби такое дурное людей из проруби доставать?!"

"– Я нырну! – ринулся суетливо раздеваться Олег, судорожно расстегивая пуховик.

– А ты знаешь, что надо делать? – спокойно спросил его Василий.

Парень тормознул, отрицательно покачал головой и сник, осознавая правильность вопроса.

– Все, некогда спорить! – отрезал Ярославцев, осторожно, но решительно отстраняя от себя Асю, и спросил деловым тоном: – Евгеньич, тебе как, доводилось? – кивком головы указал он на воду.

– Случалось, – солидно кивнул мужик, уже успевший стянуть с себя теплые ботинки.

– Веревку бы, – пожалел о недоступном Василий.

И тут, громко плеснув, с шумом и хрипом вдыхая воздух, на поверхность воды вырвался человек.