«Отпуска нет на войне». Большая Игра «попаданца»

Вот уже две недели, как я валяюсь в госпитале, и с каждым днем это бесконечное шебуршение раздражает все больше. И ладно, если бы ветер просто развлекался, так он еще и нашептывает постоянно. Все шепчет и шепчет… Сволочь.

Нам не дано…

Какие расхожие строки, можно сказать — бренд. И если процитировать их моим современникам, палитра ответов будет весьма разнообразна.

Вот только кто они — мои современники? Те, кто остался там, в двадцать первом веке? Или те, кто здесь и сейчас радуется последним дням девятнадцатого? Самое смешное, что я и сам не знаю, кто они — мои современники… Да что тут речь о посторонних вести, если я даже толком не знаю, кто же я сам: Олег (да! Именно — Олег! Рискни кто-нибудь сейчас бросить мне это паскудное — Алик, схлопочет в табло без разговоров). Строкин? Александр Лопатин? Лев Троцкий? Кто я?! Кто?! Не знаю. А все потому, что: «Нам не дано…»

И даже не очень ясно, чего ж мне не дано: знать, чем наше слово отзовется, или чему ж так радуется ветер? Хотя какая разница? Один черт, не знаю ни того, ни этого. Хотя нет, про слово знаю. Если верить (а как тут не верить, если так говорят все вокруг?) Всеславу Романовичу, то мое слово отозвалось, да так, что англичанам икается до сих пор. Мафекинг пал. Что ж, у британцев был выбор, и они его сделали. А мы?

А мы, как и прежде, всегда и все выбираем сами… Кто во что горазд и кто что может: кто шпагу для дуэли, меч для битвы, кто — уютный дом своей семье… Причем последнее с каждым последующим годом, каждого последующего века, отдавая предпочтение комфорту, выбираем все чаще и чаще. Тенденция, однако. Дуэли, блин, уже не в моде. Это на битвы спрос не спадет до скончания времен, а дуэли, честь, — кому оно надо? В маркетинговой сетке двадцать первого века этот товар явно не ходовой. Весь предлагаемый ассортимент возможностей изрядно ограничен минимумом раскрученных брендов. И из этой невеликой кучки каждый выбирает для себя уже не то, о чем мечтал, а то, что предложили. Или навязали. Но все же этот среднестатистический каждый берет, что дают, и радуется. Реализует, так сказать, право на выбор.

А я? Был ли у меня выбор, когда я попал сюда? Если навскидку — не было. Неизвестно, кто, как, зачем и почему просто взял меня за шкирку, сунул в век девятнадцатый и даже не поинтересовался для приличия, а хотел ли я сюда? Хотя кто и когда интересовался моими желаниями?..

А если не навскидку, а чуток подумать? Кому я был нужен там, в двадцать первом? И что меня ждало в финале? Перспектива стать учителем года? Ага, аж два раза. Скорее, не общепризнанным гуру, а тихим запойным алкоголиком, без семьи и без друзей. И зеленые чертики в собутыльниках. И никаких желаний, кроме мечты о пиве в холодильнике похмельным утром.