Отложенный эффект

Значит, всё.

- Ступай туда, куда положено, - произнёс Саваж ритуальную формулу и вернул на место магический защитный барьер.

Наверх поднялись в молчании.

- Пойдёшь в парламент в понедельник? – спросил отец.

- Пойду. Я готов, - вздохнул Саваж.

- Вот и хорошо, что готов. Только ты того, скажи Клодетт, пусть тебя в порядок приведёт. Если ты в таком виде выйдешь говорить, все тут же поверят во все сказки о некромантах.

Когда они с Марион вернулись в госпиталь, то пошли искать Клодетт – как им и было велено.

- А она в палате у молодого де ле Мотта, - сказала медсестра Нинель. – Он в себя пришёл, слышали?

Дверь в палату была приоткрыта, Саваж хотел было войти, но Марион показала ему кулак и прислушалась.

- Жак, не шевелись. Ты три дня пролежал без сознания, не смей вставать! Я сама сообщу господину профессору, твоему отцу, что ты проснулся! И он придёт!

- Клодетт, - он шептал, но шептал очень явственно и вдохновенно. – Клодетт, хорошая моя, как же я рад тебя видеть! Сам господь послал тебя мне, никто другой не смог бы исцелить меня, веришь? Никто другой, только у тебя такие прекрасные руки, и только ты такой умелый целитель, и только ты такая несравненная красавица.

- Молчи, хорошо? Не успел очнуться, уже болтаешь?

- А вдруг ты снова сбежишь и спрячешься от меня? Нет уж, слушай.

- Да ты не в себе, ты нездоров!

- Скоро буду здоров, и всё это – благодаря тебе. И не отпущу, ясно? Или я тебе так плох? Только честно?

- Хорош ты мне, хорош. Только кто ж тебе разрешит-то меня?

- Как это – кто? Я решил, достаточно. Отец будет только счастлив, если в нашем огромном пустом доме поселится кто-то ещё. А такая, как ты – так и вовсе. А матушка моя будет смотреть на нас с небес и радоваться, веришь?

Кажется, дальше кто-то кого-то поцеловал.

- Так, пошли отсюда, - Саваж очнулся от того, что Марион взяла его за рукав и потащила в сторону их палат.

И как же хорошо, господи, что в мире есть не только Пти Мартены. Но и приличные люди тоже, вот как де ла Мотт и Клодетт.

И как его прекрасная Марион.

60. Двадцатое сентября

Двадцатого сентября Марион проснулась в доме на улице Сент-Антуан. Накануне её Саваж так запудрил мозги Клодетт, что та отпустила их из госпиталя. Правда, с наказом приходить ежедневно на осмотры – до конца недели.

Вечером дома Саваж зарылся в какие-то бумаги – сказал, это всё ему подготовили для завтрашнего выступления. Потому что он вообще-то собирался не магов-идиотов бить, а в парламенте выступать. Думал, этим всё и ограничится.

Марион посмеялась и вспомнила, что, во-первых, она тоже собиралась выступать – на конференции в Массилии через неделю, и конференция состоится в том самом «Изумруде», а во-вторых, из кабинета Ла Валетта были взяты какие-то бумаги, в которые даже и не заглянули.