Отличница

Глубоко вздохнув, я на мгновение прикрыла глаза, в очередной раз ощущая себя каким-то магнитом для неприятностей.

- Всё в порядке? Он тебя не.… - от скрытой ярости в его тихом голосе мое нутро, будто шилом пронзили.

Сжав челюсти, я прищурилась, отрицательно мотая головой.

- Роза? - кончики пальцев Максима проехались по моей кисти. - Посмотри на меня? - слегка дергая меня на себя за запястье.

Подняв взгляд, я заглянула в его неспокойные зеленые глаза, почувствовав, как сердце сбивается с ритма. Тело налилось какой-то нечеловеческой свинцовой усталостью, ноги сделались ватными, еле держа.

Я так устала от обид, неопределенности и всего этого…

Понимала, что нам бы, наконец, откровенно поговорить. А с другой стороны, впереди ведь ещё столько времени. Наедине. В замкнутом пространстве.

Поддавшись какому-то безотчетному желанию, я обняла Леднёва за шею, покорно прижимаясь щекой к его плечу. Мое сердце срывалось, ухая тяжело и больно. И мне хотелось, чтобы он прочитал мои мысли, поняв все без слов….

И без поцелуев.

Увы, перед глазами всё ещё стояла одна травмирующая картина … Но я постаралась отогнать ее как можно дальше. А вот дрожь, онемение и ток под кожей от вынужденной близости Максима отогнать не получалось. Поэтому….

Ещё один ядерный контакт наших глаз.

Какое-то дурманящее понимание неотвратимой томительной близости. Он тоже, конечно, все понимал, выключив свет.

Купе погрузилось в темноту, разрываемую лишь мелькающими за окном огнями и тенями.

Руки Леднёва сжали мои запястья, прижав их к двери над головой. Я чувствовала каждый его горячий, неровный вздох на своей шее.

- Максим…."

"- Стой смирно, - приказным тоном. - Я сам тебя раздену…

Я подчинилась, и, закусив губу, наблюдала за тем, как его пальцы нашли пуговицу на моих джинсах. Максим расстегнул их одним точным движением. Тонкий деним медленно сползал по моим бедрам, обнажая кожу, покрытую мурашками.

Максим присел на корточки, помогая мне полностью освободиться от ткани, его горячее дыхание обжигало колени, пока я ловко избавлялась от кроссовок.

Когда джинсы и обувь оказались на полу, его руки скользнули вверх по моим голым ногам, останавливаясь на резинке кружевных трусиков.

- Это тоже лишнее, - прохрипел он, цепляя большими пальцами тонкие кружева.

Эластичная ткань медленно сползла вниз, оставляя меня совершенно открытой под короткой футболкой. Я машинально попыталась прикрыться руками, но Леднёв резко перехватил мои запястья.

- Я же сказал - стой смирно, - его севший в ноль голос звучал твердо.

Одной рукой он прижал мои ладони к двери над головой, другой медленно задрал подол красной футболки, обнажая живот, затем - грудь с уже затвердевшими сосками.

- Вот так лучше, - алчно пялясь на мои обнаженные прелести.