За короля и отечество

Он с силой ударил по щиту Куты — тот отбил удар, и Анцелотис проскакал мимо, на мгновение потеряв соперника из вида. Кута крутанулся на месте: пеший он превосходил ловкостью Анцелотисова коня. Ни Стирлинг, ни Анцелотис так и не успели увидеть, что же произошло. Только что король-бритт крепко сидел в седле, а в следующее мгновение Кута оказался почти под брюхом его коня, уперся краем щита ему под колено и резко дернул вверх.

Нога Анцелотиса вылетела из стремени, он потерял равновесие и полетел вниз.

Черт, эта проклятая лошадь в холке была чуть не на голову выше Стирлинга…

Падение показалось ему до невозможности долгим.

Удар о землю выбил из него дух, и несколько критических мгновений Стирлинг даже не мог вздохнуть. Меч, вращаясь, полетел куда-то в сторону, когда он с размаху треснулся локтем о землю. Приставить острие меча к его горлу Куте помешал конь Анцелотиса. Натасканный для боя, он громко заржал и бросился на Куту, угрожая тому зубами и копытами размером со здоровую суповую миску.

Лишенному копья или пики саксу пришлось отступить, и это дало Анцелотису несколько секунд на то, чтобы подняться на ноги. Он пошарил взглядом по песку в поисках меча, покрылся холодным потом при мысли о том, что Кута, может, уже завладел им, и тут увидел его. Меч звякнул о разделяющую арену пополам стену и остался лежать на ней.

Бормоча проклятия, Анцелотис повернулся к саксу, у которого оставались еще щит, меч и топор, тогда как у Анцелотиса — ничего, кроме голых рук. В животе у Анцелотиса похолодело, и словно для усиления эффекта в небе снова блеснула молния. Стирлинг встретился с Кутой взглядом и увидел в ухмыляющихся глазах того смерть. Тяжело дышавший, но не сомневающийся более в победе Кута ринулся в атаку, заставив Анцелотиса пятиться, прижимая его к каменному барьеру. Анцелотис поднырнул под меч Куты и почти на карачках выскользнул на простор, прочь от стены, но и от лежавшего на ней меча.

Следующий выпад Куты оказался обманным и застал Анцелотиса врасплох, но только на долю мгновения: ловкостью король Гододдина не уступал рыси. Он снова перекатился по земле и вскочил на ноги, оказавшись за пределом досягаемости саксонского меча. Однако плечо его все же пронзила острая боль, ибо Кута успел-таки двинуть его краем своего щита. Игры кончились. Кута снова двинулся на него, на этот раз целя мечом прямо ему в горло. Анцелотис замешкался на мгновение…

…и тут сработали боевые рефлексы Стирлинга.

Он рухнул на землю и перекатился не вбок, как прежде, но вперед, под удар. Удар ногой под колени опрокинул Куту навзничь, а сам Стирлинг мгновенно вскочил на ноги. Не ожидавший подвоха сакс перевернулся-таки на четвереньки, дернулся вверх и, раскрасневшись от злости и усилия, замахнулся мечом.