Отец подруги

Именно тогда я поняла, что есть моменты интимнее, чем физическая близость, и только с Борисом я могу делиться всем без страха, что меня не поймут.

В городе пробки, мы почти час едем до ресторана. Я сильно волнуюсь, потому что Лена впервые пригласила нас вместе, и это очень много для меня значит. Припарковав свой Мерседес, Борис помогает мне выйти на улицу и придерживает за локоть, когда мы идем к столику в сопровождении администратора. Артем недавно сделал Лене предложение, и она пригласила нас на ужин по случаю своей помолвки. Я очень рада за ребят и за то, что Лена сделала первый шаг навстречу и пытается принять наши отношения с Борисом, хотя говорила, что никогда не сможет этого сделать. Пусть такого общения, как раньше, между нами больше нет и не будет, но мы обе очень сильно любим одного человека, а, значит, общего у нас не так уж и мало.

— Здесь красиво, — обвожу глазами интерьер и, заметив Лену и Артема за столиком, улыбаюсь. Мне так приятно видеть подругу счастливой.

При виде нас на лице Лены на секунду мелькает растерянность, а потом она вскакивает со стула и обнимает отца.

— Привет, — здоровается Борис, обнимая Лену в ответ. Протягивает руку Артему.

— Привет, Сона, — Лена задерживает на мне взгляд и опускает его на мой живот.

Мне и самой непривычно, что я скоро стану мамой. Представлять мысли Лены на этот счёт не берусь.

Официант приносит нам меню. Мы делаем заказ, и Лена начинает рассказывать о своем торжестве с Артёмом, как он сделал ей предложение. Они все время переглядываются, и это выглядит со стороны очень умилительно. Я глажу ободок своего кольца, вспоминая, как Борис предложил стать его женой. Мы по-тихому расписались, отложив свадебное торжество на поздний срок, когда появится ребенок.

Я откидываюсь на спинку сиденья, почувствовав неприятный спазм в животе. Всю дорогу его тянуло. В последнее время тренировочные схватки стали чаще и болезненнее. Врач предупреждала, что это ничего страшного — так ребенок готовиться к родам. Может, это действительно подготовка организма к сложному и трудному процессу, но, когда низ живота спустя несколько минут по новой опоясывает болевой спазм, я громко ойкаю и, сильно дернувшись, чуть не разбиваю бокал.

— Что такое, Сона? — спрашивает Борис."

"Три пары глаз обращены сейчас на меня, а я не знаю, как объяснить свое состояние. Бледнею, чувствуя, как по ногам течет что-то теплое. Наверное, весь ужас отражен сейчас на моем лице.

Первой в себя приходит Лена. Она тут же вскакивает с места и возникает рядом со мной, замечает потёки на моем платье и ногах. Переводит взгляд на отца.

— Папа! — восклицает она. — Соне срочно нужно в больницу. Немедленно! Кажется, у нее начинаются роды… — на последних словах ее голос дрожит.