Отец по ошибке

Совесть все же не позволяет выставить ее вот так за дверь, в метель, хотя она заслужила именно этого, но и оставлять ее на ночь у себя не собираюсь. Перебьется.

Замечаю какое-то движение сбоку, поворачиваю голову и встречаюсь с испуганным взглядом Ирины. Она тихонько пытается проскользнуть мимо нас в спальню, но не остается незамеченной не только мной.

Света громко хмыкает и в открытую изучает ее с ног до головы. Ира замирает на месте. Бледнее обычного, ее взгляд виновато бегает из стороны в сторону, пальцы теребят края шелка, она не знает, куда деть себя, словно думает, что помешала чему-то очень важному.

— Простите, — прочищает горло она, подтверждая мою догадку. Скорее всего, решила, что Света моя девушка и теперь из-за присутствия Иры у меня могут быть проблемы.

— Это моя бывшая жена Света, а это Ирина, — решаю развеять ее неверные мысли.

Я намеренно не обозначаю статус девушки, воображение Светы и так дорисует нужные вещи. Глаза Ирины удивленно расширяются, словно новость о бывшей жене поразила ее настолько же, как если бы я сказал, что был женат на мужчине. Губы вытягиваются, с ее рта срывается протяжное: «О-о-о».

Света хочет что-то сказать, но я останавливаю ее взмахом руки. Ее рот открывается и закрывается — вижу, что хочет съязвить, но при мне не решается нагрубить девушке. Она ещё пытается удержать образ идеальной воспитанной женщины.

— Может, сделать чаю? — предлагает Ира, даже не догадываясь об уровне моей неприязни к бывшей жене.

— Света уже уходит. А ты давно должна отдыхать. Иди. — Кивком указываю на дверь спальни и молчу до тех пор, пока за девушкой не закрывается дверь.

— У тебя испортился вкус, — кривится Света.

— У меня он просто изменился. Предпочитаю скромных хозяйственных женщин вместо корыстных стерв.

— Такие женщины тебе быстро наскучат, и тогда ты вспомнишь обо мне, вот только будет уже поздно, — надменно произносит она, явно преувеличивая свою важность. Я решаю промолчать. Спустя ещё пятнадцать минут начинает злиться даже Света. Ей явно надоело стоять на пороге, да и планы определенно полетели к чертям. Всё-таки удачно я решил помочь Ирине, меня радует, что перед бывшей я предстал не как отшельник, а как семьянин.

— Дай сюда, ничего не можешь сам сделать, — выдирает из моих рук телефон и подносит его к уху. Похоже, кто-то мечтал совершенно о другом завершении вечера и теперь злится. Я пропускаю мимо ушей ее высказывание, со скучающем видом наблюдаю за ее неудачными попытками заказать машину.

Света что-то ворчит, а потом возвращает мне телефон. Обувается, резкими движениями надевает на себя шубу, хватает за ручки сумочку.

— Сама доберусь, — решительно произносит она и бросает на меня взгляд, полный ярости, словно застукала меня с другой женщиной.