Отец моей подруги

— Ты же говорил, мы будем стопить, — поворачиваюсь к Сержу. Стараюсь не скатиться в истерику, хотя первое желание сорваться на бег.

Но у него мой чемодан, и у меня еще теплиться надежда, что мы сможем договориться.

— Садись в машину, — говорит Серж, его приятель Николас молча распахивает заднюю дверцу.

— Нет, не сяду. Мы так не договаривались, — мотаю головой, а сама гляжу по сторонам, не видно ли проезжающих машин.

Если бы ехала хоть одна, я бы бросилась наперерез, не задумываясь. То, что я доверчивая дура, ясно. И еще ясно, что ни за что нельзя с ними никуда ехать.

— Что ты ломаешься, — Николас сплевывает в сторону и направляется ко мне. Парень, сидевший за рулем, встает с водительского сиденья и приваливается к корпусу.

— Где ты ее нашел, такую дикую? — спрашивает Сержа. — Нахуя она нам?

— Где, где, на вокзале, — огрызается мой несостоявшийся друг. — Иди сам ищи.

— Ладно, заталкивайте ее в машину. Отвезем к Годзилле, он с ней разберется, — командует парень, имени которого я не знаю. И в принципе не уверена, что остальных зовут так, как они представились.

Изо всех сил толкаю Николаса в грудь. Он от неожиданности пошатывается, а я выбегаю на трассу и несусь вдоль полотна. Слышу за спиной частое дыхание и топот ног, и от страха бегу еще быстрее.

Впереди появляется движущаяся точка, и я отчаянно машу руками. И в это время меня сбивает с ног прилетевший в плечо толчок.

Лечу в траву, приземляясь на все четыре конечности, как кошка. Во рту появляется привкус крови, перед глазами картинка расплывается как размокшая акварель.

Сквозь пелену вижу, как в нескольких метрах от нас тормозит большой черный внедорожник, из него выходит Марат с битой в руках и идет на моих преследователей.

Марат

— Я бы тебя с удовольствием отлупил, — говорю, стараясь не смотреть на ревущую Лизу, — но кажется, с тебя и так хватит.

— Я думала... Думала, что нашла попутчиков... Поезд отменили, а мне надо ехать...

Она тихо скулит, забившись на заднее сиденье, а я сижу за рулем. Выдыхаю.

Ублюдков спасло только то, что они съебались, как только меня увидели. Ясно, что уедут недалеко, я уже позвонил своим. Они пробивают машину и самих уебков, которых я успел снять на телефон.

Смотрю на Лизу в зеркало заднего вида. Теперь она беззвучно плачет, плечи вздрагивают, и у меня внутренности скручиваются в узел.

А если бы я не успел? Если бы поехал в другую сторону? Если бы вообще решил ехать в аэропорт, а не на вокзал? Как можно быть такой доверчивой и беспечной?

Нашла блядь попутчиков...

Я, конечно, тот еще воспитатель. Наорал на девчонку, пока она у меня на шее болталась. Обнимал и орал. Заглушал свои страхи, и самое удивительное, что она это понимала. Тыкалась в шею и повторяла «Как хорошо, что ты приехал...»

— Ладно, не реви, — говорю уже спокойнее, — все обошлось.