Отец для двоих

На глазах слезы проступают, которые скатываются крупными каплями по щекам, оставляя дорожки. Он всегда меня называл ежиком, потому что я часто была недовольна и постоянно фыркала. Вот и получила прозвище. Сейчас воспоминания меня просто душат.

“Я знаю, что тебе сейчас больно… знаю, ежик, что ты снова прячешься за колючками и никому не открываешь душу. Знаю, что хочешь знать, почему…

Я думал, получится молча уйти и все, но не получается… руки тянутся к ручке и листку. Ты сама знаешь, как я люблю писать. Я думал, ты никогда и ничего не узнаешь. Впрочем, уверен, что так и будет. Твой отец приходил разбираться. Сказал мне, что я сделал правильный выбор и поблагодарил. Я отправлю это письмо сегодня, хотя уверен, оно к тебе не дойдет. Наверное, поэтому пишу так смело.”

Я сглатываю. Смаргиваю слезы и плачу беззвучно. Еще не рыдаю, но почему-то чувствую, что буду.

“Я виноват. Перед тобой. Я предал наши чувства. Не хотел, потому что в моих мыслях всегда была и будешь только ты, но так вышло.

От меня ждет ребенка другая девушка.

Я пишу это и мне стыдно. Как было стыдно рассказать тебе о том, что произошло. Написать решил спонтанно, потому что больше не могу держать это в себе. Я хочу, чтобы ты попыталась жить дальше. Возможно, уехала. Слышишь, ежик? Уезжай. Найди себе достойного мужчину, выйди за него замуж, роди ребенка. Ты мечтала о девочке, я помню. Она у тебя обязательно будет. Просто… не у нас.”

Эти строчки рвут мне душу. На часть, в клочья. Я чувствую, как внутри все сдавливает тисками. Я не понимаю, почему не получила это письмо шесть лет назад. Где оно было все это время? У Стаса? Он его прятал? Хотя сказал, что нашел. И вскрыл видно, что недавно, так как края ровные, не успели стереться.

“Я принял решение стать отцом. Возможно, у меня не получится. Не исключаю, что вообще не смогу, но я должен попытаться, чтобы не дать своему ребенку вырасти в семье, подобной моей.

Я хочу, чтобы ты знала…

Девушка, беременная от меня, мне безразлична. Я выпил лишнего, она оказалась рядом. На утро я даже ничего не вспомнил и не помню до сих пор. У меня всегда было плохо с алкоголем — наследственность так себе.

Наверное, пора прощаться, я все сказал и почему-то уверен, что ты уже порвала письмо на куски, хотя… вряд ли ты его вообще получишь. Твой отец не позволит. Он о тебе заботится. Меня ненавидит, а тебя обожает и сделает все, чтобы ты была счастлива.

Ты будешь, ежик. Просто без меня. Обязательно будешь. Прощай.”

Я падаю на подушку. Письмо летит на пол. Плачу. Слезы катятся без остановки. Оно было мне необходимо. Шесть лет назад, сейчас почти бесполезно. Почти, потому что все еще трогает, заставляет чувствовать.