Отец для двоих

Единственный едва светящий фонарь над нашими головами освещает недостаточно, поэтому Динар не может рассмотреть Макара. При свете дня он бы сразу понял, что мужчина напротив — отец Тимофея.

— Ты… что… здесь?

— К тебе приходил. Поговорить нужно? Я не вовремя?

Хочу отмахнуться и сказать, что все в порядке, но быстро себя одергиваю.

— Не вовремя, — киваю. — У тебя что-то срочное? Или можем встретиться на наделе?

— Срочное.

У меня ощущение, что я зажата в тиски. Сзади стоит Динар, спереди Макар. Оба ждут моего ответа. Молча буравят друг друга взглядами. Я стою, не зная, что делать. Сказать Макару, что разговор подождет и уйти с Динаром означает дать последнему шанс, а я совершенно не чувствую желание его давать. Оно было, когда мы гуляли, было, когда ехали домой и целовались у подъезда, но сейчас его нет. Улетучилось.

Согласиться поговорить с Макаром сейчас означает остаться с ним наедине: сесть к нему в машину или подняться ко мне в квартиру. Выбор один хуже другого.

Пока я стою, не определившись с решением и словами — мужчины знакомятся. Динар первым протягивает руку, представляется, Макар отвечает. Они перебрасываются парой фраз, а затем Динар позволяет себе решить за меня.

— Давай завтра, ладно? У нас планы сегодня, сам понимаешь.

Макар кивает, но не уходит. Продолжает стоять. И на меня смотрит. Понимаю, что я должна или кивнуть или…

Я не киваю. Высвобождаюсь из объятий Динара и извиняюще улыбаюсь.

— Я поговорю, ладно? Не думаю, что это займет много времени.

Динару такой расклад явно не нравится. Он поджимает губы, но ничего сказать не решается.

— Мы увидимся сегодня еще?

— Нет, — мотаю головой и добавляю. — Я потом все объясню, хорошо? Пожалуйста…

Не хочу, чтобы он начал расспрашивать о Тимофее при Макаре. Впрочем, если Измайлов меня все же нашел, значит, может уже знать о сыне.

— Ты уверена? Я могу пойти с тобой.

Сейчас настойчивость Динара меня даже раздражает. Что ему стоит просто согласиться, взять меня за руку и довести до двери квартиры? Я уже решила, что ни за что не сяду в машину к Макару. Она насквозь пропитана знакомыми запахами, а я не хочу предаваться воспоминаниям. И хочу иметь возможность уйти в любой момент.

— Можем подняться ко мне, — говорю Макару, а сама бросаю взгляд на часы.

Уже начало десятого, мне скоро за Тимофеем. Нужно вызвать такси, доехать и собрать сына, а дом брата расположен довольно далеко. Можно было, конечно, остаться у них, но я не хочу навязываться своим присутствием, когда между нами со Стасом черная кошка пробежала. Он должен понять, что я выросла и он больше не может управлять мной.

Мысли о брате здорово отвлекают. Я не замечаю, как мы втроем поднимаемся по лестнице и останавливаемся у моей двери.