Отец для двоих

Несмотря на пафосное название “Манхэттен” внутри ресторан выглядит проще. Приглушенный свет навесных светильников, коричневые диванчики, столы, накрытые белыми скатертями. Зал забит, но несмотря на это, здесь тихо. Нет ощущения, что я попала в пчелиный рой.

— У вас заказан столик? — интересуется администратор, дружелюбно нам улыбаясь.

— Да. Дымов Динар.

Несколько секунд администратор изучает список, после чего кивает и просит следовать за ней.

— Ваш столик, — указывает на стол у окна с видом на город. — Приятного отдыха. Официант скоро подойдет.

Динар отодвигает для меня стул, помогает сесть. Сам размещается напротив. Почти сразу к нам подходит официант, оставляет меню. За большими книжками нет необходимости разговаривать, хотя мы пришли пообщаться.

— Готовы сделать заказ? — спрашивает подошедший снова официант.

— Да, — отвечаем почти одновременно.

— Если ты не против, я сделаю выбор за тебя, — говорит Динар и, не позволяя мне ответить, делает заказ официанту.

Я настолько ошарашена происходящем, что захлопываю книжку с меню только когда парень в униформе протягивает ладонь, чтобы ее у меня забрать. Пытаясь не подать виду при постороннем, улыбаюсь и протягиваю ему меню. Как только мы остаемся на едине, внимательно смотрю на Динара.

— Я здесь не впервые, — считает необходимым объясниться. — Знаю, какие блюда хорошие и что лучше заказать.

— С чего ты решил, что я не была здесь?

— Ты ведь недавно переехала, сама говорила.

— Да, — киваю. — Но это не означает, что я не в состоянии сделать выбор самостоятельно.

Я не злюсь, потому что понимаю, что на мое восприятие повлияло длительное проживание в совсем другом менталитете. Я не стала феминисткой, но не люблю, когда мужчина позволяет себе слишком много. Хотя не исключаю того, что все дело в том, какой именно мужчина. С Динаром мы слишком мало знакомы, чтобы я потеряла голову и позволяла ему все. Он привлекателен, его касания не вызывают во мне отвращения и даже приятны, и его забота, безусловно, мне льстит, но я не готова утонуть в нем с головой.

— Извини, — тут же идет на попятную. — Я позову официанта, отменю свой выбор.

— Не нужно.

Общение не складывается. Динар заметно пытается загладить вину, а я настраиваюсь скептически. До того, как нам приносят блюда, мы почти не разговариваем или говорим на совершенно нейтральные темы. Хорошее место для ужина, прекрасный вид и так далее.

— Приятного аппетита, — официант ставит перед нами блюда.

Поначалу я даже пробовать не хочу, но когда понимаю, что отказалась от предложения изменить заказ, все же беру в руку вилку. Пробую. После пары кусочков нежнейшего мяса мне перед Динаром становится стыдно.