Отдай мое сердце

По-моему, это должно быть забавно – всерьез говорить о настоящих людях, вещах и событиях на выдуманном языке. Уж всяко интересней, чем морочить друг другу голову дурацкими буквами, которые не укладываются ни в одной разумной голове!

Я наконец догадался, что ему просто обидно. Газета – вот она, а прочитать невозможно. Я бы на его месте почувствовал себя безграмотным болваном. И тоже сейчас ругался бы: ишь, чего выдумали! Что за дрянной, корявый незнакомый мне алфавит!

Поэтому я отобрал у него газету и сказал:

– Честно говоря, вы немного потеряли. В газетах обычно такие глупости пишут, что вы, чего доброго, спустили бы меня с лестницы за то, что такую дрянь в дом приволок. А те новости, которые заслуживают внимания, я вам, если хотите, сам перескажу.

Гэйшери скорчил презрительную рожу. Могу вообразить эти ваши так называемые новости – было написано на его лице. Но согласился:

– Сегодня все население города с раннего утра развлекается тем, что пишет и отправляет письма Королю, – сказал я, разворачивая газету.

– А это еще зачем? У вас так теперь принято? Чтобы Король не чувствовал себя одиноко?

– Да он в общем и так не особо страдает. Королю отправляют просьбы ни в коем случае не запрещать магию. Ее, конечно, и без писем не запретят, просто Джуффин пустил такой слух из каких-то интриганских соображений. Я, честно говоря, опасался, обыватели только обрадуются, что жизнь снова станет спокойной и понятной, как в Эпоху Кодекса. Но нет, вся столица стоит на ушах. Тут пишут, Король уже получил сто семьдесят восемь официальных петиций в защиту магии, каждая с кучей подписей, и они продолжают прибывать. Разнообразного содержания, в зависимости от того, кто писал. Там и здравые соображения, и сердечные мольбы, и романтические поэмы, посвященные чудесной магической силе, и юридические рассуждения о некорректности отмены уже внесенных поправок к действующим законам, и обещания унять хулиганов своими силами, раз уж полиция не справляется, и другие обещания, я бы даже сказал, угрозы, что колдовать все равно никто не перестанет, и детей научат всему, что знают, и пусть Тайный Сыск хоть от злости лопнет, все равно в Холоми все преступники не поместятся. А если всех подряд отправлять в изгнание, так вряд ли совершенно пустой город сможет по-прежнему считаться столицей Соединенного Королевства.

– Резонно, – ухмыльнулся Гэйшери. – Я бы на их месте тоже так написал. Ишь какие храбрые стали! А ведь совсем недавно были жалким трусливым фуфлом. Когда у вас тут магию запретили, я-то знал, что это единственный шанс хоть немного продлить агонию Мира и выиграть время.