Реквием по любви. Грехи отцов

— Спасибо, что пришла, Ирина Павловна!

— Я редко кому верю, но ты - исключение! – грустно улыбнулась женщина. - Тебе удалось убедить меня в искренности и правоте своих намерений. Не прогибайся под них, милый! Ты сильнее их всех, вместе взятых. Ну а если однажды потребуется всадить Черчесову пулю в лоб, что ж… просто дай мне пистолет!

* * *Лиза наивно полагала, что до сего момента в их компании было тихо.

Забавно. Но она в очередной раз ошиблась.

Потому что последнее высказывание Ирины Павловны произвело настоящий фурор. Эффект разорвавшейся бомбы. Причем вакуумной.

Ведь умолкли даже птицы.

Ни звуков. Ни ветерка. Ничего.

От вновь воцарившейся тишины зазвенело в ушах.

Молчание угнетало.

Воздух – и тот казался вязким. Насквозь пропитанным свинцом."

"И черт его знает, причина крылась в публичном признании ее наставницей Дмитрия «лучшим» среди присутствующих авторитетов или же в не менее открытой угрозе Прокурору. Похомов коротко хохотнул, стремясь разрядить и без того напряженную обстановку.

— Полно тебе, Ирина Павловна! Меня же на смех поднимут, если я за спиной у женщины прятаться начну! Не переживай. Если необходимость таких крайних мер и возникнет, я справлюсь сам!

Женщина кивнула, пряча вою грусть за кокетливой улыбкой.

— В тебе сложно сомневаться! Но помни: мое предложение в силе. Всегда!

Шмыгнув носом, Лиза (наверное, в сотый раз за это утро) осушила лицо от слез дрожащими ладонями. Более-менее успокоившись, она бросила мимолетный взгляд на Дмитрия. Он крепко над чем-то призадумался.

Оттого и стиснул Лизу в своих объятиях чуть сильнее обычного.

— А стрелять-то умеешь? — изрек наконец.

— Разумеется!

— Хорошо. Будет тебе пистолет.

— Серьезно?

— Да! — кивнул Борзый, уверенный в правильности своего решения. — Шутки шутками, а оружие я тебе все же выдам. Это не призыв шмалять налево и направо, разумеется, но без средств элементарной защиты отпустить тебя я не могу. В ближайшее время постараюсь и людей своих к тебе приставить. Парни у меня все молодые, но уже профессионалы своего дела…

— Ну что ты! Это лишнее, дорогой. Мне ничего не угрожает, и уже давно.

— Не скажи, Ирина Павловна! — прервал ее Дмитрий совершенно иным тоном. Тоном, не терпящим возражений. Тоном, от которого каждый волосок на теле Лизы встал дыбом. — Я невольно подверг тебя опасности, обратившись за помощью. И теперь… просто защитить обязан!

— Глупости.

— Скажу, как есть: среди нас пустил корни человек Пескаря! Прочно пустил. И давно. А ты своим признанием разворошила прошлое и сдала Макара со всеми потрохами. Едва ли Гарик был в курсе, что ради тебя Зарутский своих же людей пошинковал. Наша гнида обязательно доложит об этом своему хозяину. Тот виновного по головке не погладит.