Реквием по любви. Грехи отцов

Однако самобичевание отошло на задний план, стоило им с Похомовым предстать перед «старшими» во всей красе! Повисла гробовая тишина, прерываемая лишь звуками просыпающейся природы. И тяжелым яростным дыханием Прокурора.

— Доброе утро! — Лиза дружелюбно поприветствовала собравшихся, желая немного раскрепостить атмосферу. Ей ответили все, за исключением дяди.

Из его уст девушка услышала нечто иное.

— Знаешь, милая… на своем веку я повидал бесчисленное количество проституток, и каждая из них выглядела бы монашкой… на твоем фоне!

Кровь отхлынула от лица, превращая ее в бледное подобие самой себя.

В горле образовался ком. Дышать стало больно.

Так мерзко она чувствовала себя впервые.

Ощущение, будто в грязи извалялась, не покидало ее ни на миг.

Раздавшийся рядом грозный рык мужа, готового в любую секунду ринуться в неравный бой с ее обидчиком, немного привел Лизу в чувства.

Прилагая титанические усилия, она удержала Дмитрия на месте.

Что само по себе являлось нелегкой задачей.

А потому к дяде развернулась, будучи прилично обозленной.

— Раз уж ты так хорошо осведомлен о сфере их деятельности, то должен знать: проститутка – это когда со всеми и за деньги. А я – с одним и бесплатно. Иными словами – по любви!

Ее остроумия родственник не оценил.

Он столь сильно саданул кулаком по столу, что из некоторых бокалов выплеснулся горячий чай прямо на скатерть.

— Ну-ка, живо пошла в дом и привела себя в порядок! Чтобы через пять минут сидела подле меня и выглядела при этом, как приличная девушка. Как дочь своего отца! И тряпку его ему вернуть не забудь. Пусть оденется. Нечего мне здесь полуголыми по двору шара*биться!

— Ах ты…

Договорить Лиза не успела: Дима заткнул ей рот жадным собственническим поцелуем. Да таким страстным, что у нее перед глазами мигом поплыло, и колени задрожали. А когда он позволил ей сделать очередной глоток воздуха, то произнес строго:

— Давай, Кроха, шуруй. Не перечь дяде.

— Но, Дима!

— Я кому сказал? — вновь заорал Прокурор, рискуя надорвать голосовые связки. — Бегом!

Гадство! Гадство!

Подстрекаемая грозным рыком дядюшки, Лиза пулей влетела в дом и громко хлопнула дверью, вымещая на невинном предмете свою собственную злобу. Своеобразный протест. Даже кулаком саданула пару раз по полотну, пытаясь выпустить пар. Успокоиться. Так и простояла несколько секунд, обретая контроль над эмоциями."

"Тяжело дыша, на негнущихся конечностях она направилась в свою спальню. В коридорчике, ведущем в комнату, развалившись на узком диване, мирно посапывал Данила. Хм. Во сне он выглядел гораздо младше своих лет. И намного моложе брата. Невольно вспомнился Матвей, вынуждая ее непроизвольно напрячься. Интуитивно ощетиниться точно по команде.