Реквием по любви. Грехи отцов

Прерывая затянувшуюся паузу, задала вопрос – весьма неожиданный даже для самой себя:

— Скажи, а ты любил меня… в детстве?

— Разве может быть иначе?

Его голос сочился праведным возмущением.

— Значит, да?

— Логично!

— А сейчас?

О! Этого ответа Лиза ждала, затаив дыхание. С безумно колотящимся сердцем и совершенно одичавшим пульсом.

— Что сейчас?

— Сейчас… твое отношение ко мне изменилось?

— Та-а-ак! Живо объясни мне, откуда в твоей голове взялась эта лютая херня?

— Да просто все, — как можно беззаботнее Лиза пожала плечами. — Если человека любят, его стараются хоть иногда… целовать. По-родственному. А ты за все время… так ни разу не поцеловал меня. Вот и подумала...

Похоже, у Прокурора задергался глаз. Точно Лиза утверждать не могла – пришлось отвлечься на Похомова, который разве что не хрюкал от смеха, наблюдая за ними со стороны.

— А я предупреждал, — выдохнул Аркадий Михайлович, успокаиваясь. — Если у нее фантазии хватило определить меня в Маринкины любовники, то на тебе по полной программе отыграется!

— Чего вы придумываете? — запыхтела Лиза возмущенно. — Там другая ситуация была. Все на вас указывало!

— Ага! Конечно.

— Ой, дуреха!

Тяжелая пятерня Прокурора опустилась ей на голову, буквально пригвоздив к месту. А все потому, что опять силу не подрассчитал. Дядя принялся неуклюже и осторожно поглаживать Лизу по волосам точно маленького ребенка, заставляя расслабиться и расплыться в довольной улыбке.

А уже спустя некоторое время она почувствовала робкий, едва различимый поцелуй прямо в макушку.

И ее сердце возликовало.

— Знаешь, дядя, — прошептала она заговорщицки, — я вижу тебя впервые в жизни, а потому не берусь утверждать, что полюблю… но ты мне уже определенно дорог!

— Даже вспомнить не могу, слышал ли я когда-нибудь хоть что-то лестнее твоих слов.

— Серьезно?

— Серьезно!

— Ну, раз мне удалось тебя порадовать, порадуй и ты меня!

— У нынешней молодежи запросы, как правило, астрономические, — осуждающе покачал головой Борис. — Но я готов, если это в моих силах.

Лиза загадочно улыбнулась.

— Я тебе больше скажу: только в твоих!

— Вещай уже!

— Докажи, что я тебе действительно дорога! Позволь мне попрощаться с ним по-человечески. С Димой. Наедине. Без лишних ушей и глаз!

Глава 38

Что-то определенно изменилось за время их отсутствия.

В ауре. В общей атмосфере сходки. Во всем!

Правда, что именно, Дмитрий пока не понимал. Равно как, к добру эти изменения или же с точностью до наоборот."

"Чисто машинально он замедлил шаг, принимаясь сканировать присутствующих на предмет угрозы. В своей привычной манере. С легким прищуром.

И с особой тщательностью.

Поравнявшись с ним, Дудаев тоже сбавил ход.