Отчим в моей постели

– Я же сказал, – говорит Руслан и смотрит на меня. – Забирайте, – велит он, махнув рукой.

– Руслан? – дрожащим голосом обращаюсь к нему.

Но он молчит, лишь наблюдая за тем, как меня, словно куклу, несут к другой машине. Я не сопротивляюсь, не кричу, не бью ногами. Смотрю на Руслана, чувствуя, как моё сердце трещит, разбиваясь на осколки. По щекам текут горячие слёзы, нижняя губа дрожит, и я прикусываю её, чтобы не разрыдаться в голос. Зачем? Зачем плакать и сопротивляться? Какой смысл теперь? Ведь он меня отдал. Я ему не нужна, никогда не была нужна. Он делает то, чем грозил – избавляется от меня.

– Лера, – сжимает кто-то моё плечо, и я, всхлипнув, резко распахиваю глаза. – Приехали, – говорит Руслан, наклонившись надо мной.

– Нет, – хрипло шепчу и, заёрзав на сиденье, смотрю в лобовое стекло, но там ничего, кроме деревьев.

Дыхание сбивается, по позвоночнику течёт пот, а руки трясутся, как у заядлого алкоголика.

– Лера? – раздаётся голос Руслана на весь салон.

А я, будто не слыша, судорожно смотрю по сторонам, и в свете луны мне удаётся разглядеть, что мы на очищенной от снега поляне, а впереди видна дорожка, которая ведёт в лес.

Это был сон. Я уснула, мне это приснилось. Приснилось – повторяю про себя, выравнивая дыхание и положив ладонь себе на грудь.

– В чём дело? – недовольным тоном спрашивает Руслан, сжав мой подбородок и заставляя смотреть на него. – Что за потоп? – хмурится он, и я только сейчас понимаю, что по щекам, и правда, текут слёзы.

– Я… мне снилось, что ты… меня отдал каким-то бандитам, – тихо, со всхлипами отвечаю я.

– Что у тебя в голове?! – усмехается он, мотая головой. – Выходи давай, мы приехали, – говорит и, отпустив меня, сам выходит из машины.

Сглатываю ком в горле, но не спешу выходить. Руслан же открывает багажник, что-то оттуда достаёт, и моя фантазия рисует другую картинку: ночь, лес, лопата.

– Лера! – рявкает Руслан, открыв дверь с моей стороны. – Не шарахайся ты так, – вздыхает он. – Никому я тебя не отдам, – с этими словами он хватает меня одной рукой и вытаскивает из машины. – Как же вам, женщинам, сложно живётся, – бубнит себе под нос и, захлопнув дверь ногой, блокирует автомобиль.

Сделав несколько шагов, он ставит меня на деревянную тропинку и смотрит в лицо со своей высоты.

– Иди, давай, – кивает куда-то позади меня, и я поворачиваюсь.

Неуверенно шагаю вперед, уже заметив жёлтую тень от уличного фонаря. В несколько шагов дохожу до ступенек, что ведут вниз. Застыв на месте и не сделав ни шагу больше, прикрываю рот рукой, сдерживая восторг. Внизу, посреди леса, стоит хижина. Небольшая, но уверена, очень уютная. От нахлынувших эмоций хочется расплакаться, и я с трудом сдерживаю себя.

– Нравится? – раздаётся хриплый шепот у моего уха.