Отчаянный шаг

Он судил о ней по опыту собственного прошлого!

Как теперь ему объяснить, что все это ужасная ошибка? Все, что она могла сделать, — это ждать, ждать удобного момента, чтобы рассказать ему все как есть, успокоить его и не страдать после этого от унижения, оказавшись в его объятиях. И как было бы хорошо, если бы такая возможность появилась у нее в ближайшие дни!

— Ты меня с кем-то путаешь, — тихо возразила она. — Лично я нахожу отвратительным демонстрировать свои чувства на людях. — Пенни остановилась, чтобы перевести дыхание, глотнула воздух. — А теперь, пожалуйста, дай мне пройти, я хочу сложить свои вещи.

Не отводя глаз, она встретила его сердитый взгляд, увидела, как он жадно смотрит на ее рот, на грудь, вздымающуюся, выдающую ее волнение.

— У тебя еще час до отъезда.

Сол отступил назад и освободил дорогу. Гордо подняв голову и не оглядываясь, Пенни вошла в лифт. Здесь она позволила себе расслабиться, прислонившись к стенке и радуясь, что, кроме нее, в кабине лифта никого не было. Она ощущала слабость в ногах, руки ее тряслись. Господи! Если бы она знала, что ей судьбой назначено нести наказание за грехи Саманты, вступила бы она в брак с Солом ван Дименом на его условиях?

Ответ на этот вопрос она уже знала. Если от этого зависит будущее Люси, она бы вступила в сделку с самим дьяволом.

В Англии было холодно и сыро — так не похоже на позднюю солнечную осень в Париже. Красивый загородный дом Сола, стоявший на участке площадью два акра, показался Пенни холодным и неприветливым, когда она впервые переступила его порог в новом качестве — жены Сола.

Она легко представила, как он должен был себя чувствовать здесь, в одиночестве, возвращаясь после командировок за границу. Но сделало ли ее присутствие на этот раз его возвращение более приятным? По пути из Парижа они почти не разговаривали друг с другом, ограничиваясь лишь необходимыми вежливыми репликами. Едва ли такое начало долгих лет совместной жизни можно назвать благоприятным!

Глядя на просторный холл, Пенни вдруг занервничала, предвидя довольно сложную перспективу, открывающуюся перед ней. Ей придется не только вести этот большой пятикомнатный дом и ухаживать за маленькой Люси, но еще делить постель с Солом — человеком, которого она сама упросила жениться на ней!

Все было бы по-другому, если б он испытывал к ней, хоть какое-то чувство, подумала она, и сердце забилось от одной этой мысли. Самое худшее было то, что в основе его отношения к ней не было ни чувства, ни даже простого желания!

Она с унылым видом следила за тем, как Сол внес чемоданы в холл, а затем последовала за ним в большую гостиную, в которой отмечались крестины Люси.