Неласковый отбор для Золушки

Может, и на ее мать тоже было не плевать? Если о наивных утопистах Кей Ла Мо тут говорят, как о возможных террористах, желающих разрушить Веравин, то наверняка привирают и об отношении родственников к изгнанным «ведьмам»…

— Так что никто, кроме меня, вас не поддержит, никто не поможет! — подытожила Шилла. — И сами должны держаться друг друга, горой стоять, плечом к плечу! А вы собачитесь! Что тут удивляться, что эта гадина Рианна обошла вас обеих!

Сестрички пристыженно потупились в пол.

— Еще и при нашей гостье бранитесь, как базарные торговки! Как я вас воспитывала?

Еще спрашивает. Так и воспитывала, как базарных торговок. Интересно, почему лорд Вальдер женился именно на Шилле? Если он был небезразличен к жене… Кто мог заставить его выбрать ей на замену подобную женщину? После услышанного мне не верилось, что он мог сделать это добровольно.

— А вы, леди Грейн, не подумайте, что они всегда так. Вообще-то они милые и хорошие девочки. Просто расстроились из-за отбора. Мы возлагали на него большие надежды.

Ну-ну. Покажите мне того, кто не возлагал. Разве что мышка леди Кевман, которая не чаяла от него избавиться. Ну и я, хотя о том никто не знал. Интересно все-таки, что бы сделали эти грымзы, узнав, что настоящая победительница испытания, ставшая причиной их вопиющего провала, сейчас летит к ним домой. Живой из селаира я тогда бы не вышла.

ГЛАВА 22

Леон ухмыльнулся, наблюдая краем глаза недовольную мину Валлы Геур. Распорядительница выходила из комнаты Рианны Вальдер. И встретила лорда-наместника с роскошной охапкой цветов. Сорванных им лично с неприкосновенных дворцовых клумб."

"Не положено господину отбора оказывать столь интимные знаки внимания одной из невест — даже выбранной им фаворитке. Подарки, украшения, прилюдные ухаживания дозволялись и даже предписывались этикетом отбора. А вот цветы и уединенные встречи без свидетелей — уже строжайшее нарушение.

Леону было плевать. После экзорцизма он навещал Рианну пять раз. Перемены, произошедшие с ней, удивляли раз от раза. Она по-прежнему не помнила ничего из отбора. Былая отвага, выдержка и хладнокровие не вернулись к ней. Она вздрагивала, когда он входил в палату. Как кролик, завороженный удавом, с трепетом не сводила с него глаз.

В то же время Леон не ощущал ее отторжения или отвращения к себе. Румянец на щеках, мимолетные взгляды из-под ресниц говорили, что девушке приятны его визиты. Хотя она явно побаивалась его.

Крайне непривычно по сравнению с ее поведением до экзорцизма. И эта смесь страха и удовольствия неслабо заводила Леона.

Наместник поймал себя на мысли, что все дни после ритуала Рианна не шла у него из головы. Амнезия загадочным образом преобразила девушку. Перемены нравились Леону.