Отбор не приговор

Лота встрепенулась и, повернувшись к любимому, спросила:

— Чего нам ждать? В смысле, что мне делать и к чему готовиться?

— Лота-Лота, неужели ты не прочитала тот фолиант, который я тебе дал? — вздохнул король Нордад.

— От корки до корки, папа, — возмутилась леди Шан Нейрин, — вот только ничего не совпало!

— Не может быть, — нахмурился Его Величество. — Наши дипломаты изучают быт и нравы Эльфхиира именно по той книге. Конечно, есть еще один вариант этого фолианта, но он абсолютно неверен.

Лимаатрис фыркнула:

— У меня есть только один вариант — Толарина. Мелкая зараза подменила книги, но как?

— Этого мы уже не узнаем, — вздохнула Лота. — Ну ничего.

— Сейчас начнется. — Идрис встал из-за стола и подошел к краю террасы. Лота встала с ним рядом и тут же оказалась в кольце крепких рук."

"Парк, подсвеченный огоньками, что горели в глубоких чашах, выглядел необитаемым. Даже странно было осознавать, что дворец сейчас пуст и все-все эльфы где-то там, среди кустов и деревьев.

— Смотрите! — ахнула Лимаатрис.

Над парком появился огромный шар, полупрозрачный, переливающийся всеми цветами радуги, как мыльный пузырь. Он поднимался все выше и выше, пока не лопнул и не осыпался вниз яркими искрами, оставляющими за собой тающий золотой след.

В парке погасли все огни. Секунда, другая — ничего не происходило. И вдруг в небо выстрелил тонкий, но очень длинный зеленый росток. Он не дотянулся до редких облаков, остановился на уровне самого высокого дворцового шпиля. Раз! Раз! Раз! Еще несколько подобных ростков устремились к первому и слились с его макушкой, образовав конус.

— Пора готовить желание, — негромко предупредил Идрис.

Лота не успела. Она была настолько счастлива, что попросту не представляла, что еще можно пожелать. А Брачное Древо ждать не стало — за считаные секунды оно покрылось яркими цветами и, встряхнувшись, окутало весь парк серебристыми искрами.

— Корона ждет тебя, любовь моя, — шепнул Идрис.

— Главное, чтобы ты был рядом, — отозвалась принцесса и переплела свои пальцы с пальцами возлюбленного. Вместе они шагнули в темноту неосвещенной гостиной и пошли дальше, по светлым коридорам, лестницам и переходам.

Лоте казалось, что если она не будет крепко держаться за надежную руку Идриса, то просто взлетит под самый потолок, а может, и выше — настолько ее переполняло счастье. После бури всегда сияет солнце, и пусть буря была только в ее душе, а на улице давно закат… Сейчас Лотанари все видела сквозь теплые солнечные лучи. Правда, кое-что нужно было уточнить.

— Ну и чем ты заплатил за разрушение колдовского закона?

— Ничем, о чем бы мог пожалеть, — твердо ответил Идрис. — Я не заставлю тебя хоронить меня, если ты об этом.

— И все-таки, — настойчиво нахмурилась Лота.