Отбитая

Она долго мылась в ванной, когда вышла и Вадим вопросительно взглянул на неё. Она подошла к нему и подставила голову:

— Понюхай меня, пожалуйста, я два раза голову помыла и тело раз десять, но от меня всё ещё как будто болотом воняет!

Вадим понюхал волосы, потом прижался носом к ее шее и поцеловал несколько раз.

— Не пахнет от тебя болотом и не пахло, я же тебя обнимал потом.

— А как ты думаешь, ничего что я оттуда воды глотнула? Не сдохну от заражения крови неизвестными бактериями?

— Думаю, нет, ничего страшного.

— Ну ладно. Я тебе верю, ты то уж меня не обманешь.

Она приняла свои успокоительные, стоило за ним закрыться двери в ванную, нельзя было рисковать. Она забыла про ужин, и Вадим ел в одиночестве. Ночью она спала беспокойно, ворочалась, ей снились кошмары, она просыпалась на несколько секунд и снова проваливалась в душные сны. Вадим, как оказалось, просыпался вместе с ней, накрывал ее одеялом плотнее, обнимал, прижимая к себе и она затихала. Ночью ему пришла мысль, что она возможно когда-то тонула. До этого он не замечал за ней, что она боится воды, Катя была тот ещё енот-полоскун, обожала принимать ванну и купаться, не боялась заплывать далеко в море. Утром он о своих ночных мыслях благополучно забыл.

Глава 42. Стена из молчания

В теории Вадим знал, что отношения можно разрушить чем угодно — обидами, ссорами, изменами, недоверием и предательством, но на практике иногда хватает одного имени, которое Катя будто привезла с собой в чемодане из Питера.

Катя приехала оттуда какая-то молчаливая, замкнутая, говорила, что просто устала. Вадиму некогда было копаться в ней, ему надо было зарыться в работу. Они виделись два-три раза в неделю после работы, иногда Катя приходила к нему на выходные. Он поставил для неё бассейн и качель на заднем дворе, чтобы ей было у него комфортно, но она всё чаще оставалась у себя. Сегодня он ночевал у неё, утром встал рано, пора было будить её на работу.

Вадим зашёл в спальню, где царило мрачное сонное царство и даже то, что он открыл шторы не разбудило женщину, лежащую на кровати. Он осторожно присел рядом, любуясь картиной перед собой — Бесстыжая всегда так сладко спала, обнимала ногой свернутое одеяло, на которое она смешно положила щечку и схватила его ладошкой. Её сорочка слишком высоко задралась.

Он положил ладонь ей на талию, погладил большим пальцем её по животу, Бесстыжая лишь зарылась лицом в одеяло, но не просыпалась. Вадим провел пальцами около пупка, продвигаясь выше и пощекотал её грудь снизу. Катя задергала ножками, злобно выпалила: «Отстань!», не открывая глаз, и перевернулась на другой бок. Пора было приступать к более решительным действиям, он нагнулся над ней и начал целовать в шею.