Тагир. Ребенок от второй жены

Хочу уйти, находиться здесь невыносимо, и, еле-еле запихнув в себя яичницу, вскакиваю.

— Я тебя отпускал? — задает Тагир риторический вопрос. Густая черная бровь изогнута, губы сжаты в тонкую линию. — Сядь обратно и пей. Фаина, налей моей жене чая. Наили не будет сегодня. Пойдешь с Фаиной, подберете наряд для скачек, — смотрит на меня, когда я с содроганием опускаюсь обратно на стул.

Выбор наряда и странное исчезновение Наили ускользают из мыслей под напором воспоминаний. Аслан так любил лошадей, умел найти подход к каждой, объездить самую норовистую. С момента его смерти не могу видеть этих красивых, благородных животных, но воле мужа противиться не вправе. Придется пойти и оказаться на виду у десятков людей. Две жены и один общий муж.

Поднимаюсь по лестнице вверх и глажу живот, со страхом думая о возможной беременности. Вдруг во мне уже появилась крохотная частичка? Что это будет значить? Как изменится проживание в этом доме? И позволят ли мне видеть ребенка? Участвовать в его жизни?

— Госпожа, — окликнула в этот момент меня Фаина, заставив замереть на полпути. — Вас хотела видеть госпожа Наиля. Простите.

Я обернулась и успела заметить, как покорно она опустила голову, словно боялась смотреть мне в глаза. Ее руки подрагивали, а пальцы рук были переплетены у подола, не скрывая тремор.

— Хорошо, идем, — ответила спокойно, а сама напряглась.

В душе выдохнула с облегчением, что с ней всё в порядке, а вот нутро заледенело от нехорошего предчувствия. По пути в нужную комнату, куда меня ведет Фаина, меня без конца грызут страхи, не дают дышать и трезво мыслить.

Я не чувствую себя в безопасности в этом доме. Особенно после вчерашнего. Давно стоило понять, что Наиля мне уже никакая не подруга. Она так сильно изменилась, стала одержимой нелюбящим ее мужчиной, что готова идти по головам.

За показной мишурой не увидеть ее суть, я уже не уверена, что Наиля сама знает, кто она на самом деле. Играет выдуманную ею роль, подстраивает козни, привлекая внимание Тагира. Скоро можно будет сложить целый список.

— Что вам сказала Наиля вчера? — спросила у работницы, когда мы остановились у двери в чулан, где было изначально мое место для ночлега.

Я смотрю на Фаину и жду ее ответа, но она лишь виновато отводит взгляд. И я окончательно убеждаюсь, что вчерашнее происшествие — Наили рук дело. И кажется, Тагир никак ее не наказал, а меня прогнал в комнату.

Конечно, за Наилей стоит отец, который не позволил бы плохо обращаться с дочерью, так что максимум, что мог сделать Юсупов — запереть в чулане.