Измена. Сбежать от любви (СИ)

— А как же дети? Лёшка же так мечтал о большой семье… Яна… — мама начинает плакать, прижимает кулак к губам, встаёт и уходит в ванную.

А когда выходит, смотрит на нас полными холода глазами и говорит:

— Яна, собирайся и уезжай домой. Всё. Ты нагостилась. Я не собираюсь участвовать в этом или, того хуже — прикрывать ваш стыд. Сейчас же собирай вещи и уезжай к своему мужу. А там уже разбирайтесь и живите как хотите.

Глеб поднимает брови, уводит взгляд в сторону, прохрустывает поочерёдно костяшки на кулаках. Приоткрывает рот с намерением что-то сказать, но я его перебиваю:

— Глеб, иди собирайся. Мы едем домой.

— Сегодня?

— Сейчас!

Глава 25

Яна

Ледяной ветер бьёт в лицо, а на небо стремительно набегают свинцовые тучи. “Будет гроза”, — думаю и жду, когда Глеб загрузит все вещи.

А ведь я, кажется, впервые за всю жизнь поругалась с мамой. Хотя ссорой это не назвать. У неё свои устоявшиеся принципы. Я понимаю эту позицию, более того, согласна с ней. Да, это измена, и то, что у нас с Алексеем в отношениях большая дыра, не отменяет её факт. Я его жена. Я — Белова. А главное, на данный момент, я не вижу дальнейшего развития событий с Глебом.

Кто мы друг другу? Что мы чувствуем?

Всё это настолько не то что туманно, а нереально и абсурдно. Но суть в том, что нам теперь с этим нужно будет как-то уживаться. Миронов сам не уйдёт с этой работы, а я не стану просить Алексея уволить его, чтобы не вызывать лишних подозрений.

Вдалеке сверкнула молния, разрезая небо кривыми линиями.

— Сейчас ударит гром, — не сразу понимаю, что эту фразу я говорю вслух.

Глеб закрывает багажник, поворачивается в сторону, откуда движется гроза, и тоже ненадолго замирает в ожидании раската грома.

Но его не происходит. В воздухе слышны лишь звуки ветра и шелест листвы.

— Всё готово, — поворачивается и смотрит с едва уловимой улыбкой, словно хочет подбодрить меня. — Пора ехать.

Выхожу из-под козырька подъезда, подхожу к автомобилю, оборачиваюсь назад и поднимаю голову в сторону наших окон. Пусто. Глупо, конечно, ожидать, что мама будет счастливо махать мне на прощание ручкой, но всё же. Поганенько."

"Мы садимся в Мерседес и уезжаем из самого родного для меня места, которое вмиг стало чужим…

— Твоя мать может рассказать Белову о том, что видела нас в постели? — через двадцать минут молчания Глеб решает нарушить тишину.

— Я так не думаю, — устало и с ноткой небольшого раздражения отвечаю на его вопрос.

— Надеюсь, ты не считаешь, что это я всё подстроил? — прижимается к обочине и тормозит. — Яна, если ты думаешь, что… — с прищуром смотрит на меня в зеркало заднего вида.

— Глеб, я ничего не думаю. Успокойся уже и поехали, — отворачиваю в сторону голову и прикрываю глаза.

— Ян? Я отвёз Тамару Игоревну на мероприятие и предложил её забрать.