Освобожденный любовник

Вытерев лезвие о штаны, он вложил его в ножны, с трудом встал на ноги и обшарил свою куртку. Черт… его телефон. Где же он? В пентхаусе. Должно быть, телефон выскользнул, когда он кинул куртку на кровать…

Раздался выстрел.

Пуля попала прямо между грудных мышц.

Удар сбил его с ног, отбросив, как в замедленной съемке. Он упал навзничь и просто лежал, когда колоссальное давление заставило сердце подпрыгнуть и затуманило мозг. Он мог лишь судорожно глотать воздух, мелкие вдохи быстро пробирались вверх-вниз по коридору его глотки.

С последней крупицей силы он поднял голову и осмотрел свое тело. Пулевое ранение. Кровь на рубашке. Пламенеющая боль в груди. Кошмар воплотился.

Прежде, чем он сообразил запаниковать, явилась темнота и поглотила его целиком… пища, перевариваемая в кислотной ванне агонии.

***— Ты тут что вытворяешь, Уиткоум?"

"Доктор Джейн Уиткоум, поморщившись, отвлеклась от карты пациента, которую подписывала. Доктор Мануэль Манелло, заведующий хирургическим отделением, медицинского центра Св. Франциска, надвигался на нее по коридору, как бык. И она знала почему.

Сейчас начнется неприятное.

Джейн нацарапала свою подпись внизу рецепта, протянула карточку медсестре, и наблюдала, как женщина в спешке удаляется. Хороший защитный маневр, нередко встречается здесь. Когда заведующий становится таким, народ в страхе ломится по кустам… логичное, кстати, поведение, если бомба готова взорваться, а у вас есть хотя бы немного мозгов.

Джейн посмотрела на него.

— Итак, ты слышал.

— Заходи. Сейчас, — он толкнул дверь в комнату отдыха для хирургов.

Когда она зашла, Прист и Дюбуа, два лучших хирурга желудочно-кишечного тракта в Св. Франциске, взглянули на заведующего, похватали еду из торгового автомата и спешно покинули комнату. Дверь за ними захлопнулась без единого звука. Будто и она не хотела привлекать внимание Манелло.

— Когда ты собиралась мне рассказать, Уиткоум? Или ты думала, что Колумбия на другой планете, и я бы не узнал?

Джейн скрестила на груди руки. Она была высокой женщиной, но Манелло превосходил ее на пару дюймов, и он был сложен как профессиональные атлеты, которых оперировал: широкие плечи, массивная грудь, большие руки. В свои сорок пять он был как огурчик, к тому же, одним из лучших ортопедических хирургов в стране.

Ну и первостатейным сукиным сыном, когда закипал.

Отлично, она всегда сохраняла спокойствие в напряженных ситуациях.

— Я знаю, что у тебя там связи, но думала, они будут достаточно тактичны, чтобы подождать, пока я решу, хочу ли я эту работу…

— Конечно, хочешь, иначе не стала бы тратить время и ездить туда. Это все деньги?

— Окей, во-первых, не прерывай меня. Во-вторых, сбавь тон.