Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Хоть и в порядке все было – и с товарами, и с подорожной – да мало ли?

Напряглись и приказчики… молча ждали…

– Ого! – взбежав на пригорок, обернулся какой-то отрок. – То не воины совсем, то – бирючи! Небось, весть какую несут, указ читать будут.

Бирючи…

Приказчики перевели дух, заулыбались, а вот купец особо не расслаблялся, так и сидел в седле, словно наложенная на тетиву стрела, как сжатая пружина, в любой момент был готов ко всему.

Бирючи появились из-за поворота. Четверо всадников в красно-желтых плащах, в сверкающих шлемах с развевающимися на ветру перьями. Захрипели, забили копытами быстрые, с длинными попонами, кони, затрубили трубы…

– Слушайте все! Княжий указ – как с мором бороться…

Прочли одно, затем – сразу – другое:

– Особо разыскиваемый тать: на вид лет сорока, кряжистый, сильный, плечи широкие, лицо скуластое, глаза маленькие, густая борода, плешь. Особая примета – щеки да шея коростой покрыты. Может зваться – Коростынь.

Очень внимательно выслушал все торговый гость, даже поближе к бирючам подъехал, заслушался, чуть было очередь свою не пропустил – лодки-то уже подплыли, причалили, сходни на берег сбросили… А купец все сидел в седле, как влитой, слушал. И приказчики его не отвлекали – не смели.

Лишь когда глашатаи закончили, махнул гость рукою своим парнягам – ведите, мол, на перевозку подводы… Сам же спешился, поводья подбежавшему приказчику передал да на лодку. Уселся на носовой скамье, смотрел на реку туманным взором… о чем-то думал.

Коростынь все же сильно опасался мора, видел, как быстро можно заразиться, да в муках быстро сгореть. Потому и бросил своих парней, боялся, не заражены ли, да и, правду сказать, не особо-то нужны они ему больше были, дело-то вроде сделано, осталось оплату от кого надо получить – а к чему делиться-то?

Хитро все провернул, как свернули на постоялый двор, в корчму, меду хмельного потребовал – соратников своих угостил от души, а как те уснули, в ночь и ушел, хоть и уговорились в путь отправиться поутру, не рано.

Вроде бы все рассчитал Коростынь, все продумал, а вот малость одну упустил – Опонаса! Парень-то так и не догнал его сразу, хоть и бежал шибко. Правда, знал хорошо, куда подельнички отправятся, на каком постоялом дворе заночуют. К тому постоялому двору и пришел, правда, уже ночью. Сунулся на луг, сапоги травою почистить – грязи-то, покуда шел, насобирал изрядно, а корчемщик не любил, чтоб грязно. К чему с добрым человеком ссориться? Постоялого двора хозяин пригодится всегда – мало ли, понадобится от кого-нибудь укрыться. Вот и чистил сапоги парняга.