Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

– Потому что вы не очень-то верите в колдовство… Как вот и брат Диего не верит. Но помните! – Аманда вдруг всплеснула руками. – Колдуна нельзя поразить ни мечом, ни копьем… ни стрелой, ни пулею… ни…

– Ничего! – усмехнулся молодой человек. – Думаю, хороший хук в печень ему вряд ли понравится.

– Что-что?

– Долго еще?

– Вот. Лестница. Он там – я чувствую. Ждет!

Магрибский колдун Мардар в черных, развевающихся – хотя не было никакого ветра – одеждах, ожидая соперника, колдовал над пламенем свечи и серебряным тазом, в котором плавало вырванное человеческое сердце. Еще теплое, оно дымилось, исходя свежей кровью, труп слуги с растерзанной грудью валялся рядом, в углу.

Вот послышались шаги…

– Ты пришел? Наконец-то!

С кривой торжествующею улыбкой колдун поднялся навстречу вошедшему князю, вытянув вперед окровавленные руки:

– Заклинаю тебя всеми демонами мира, девятью ифритами и эти сердцем, что еще недавно билось в груди… а теперь мертво – как будешь мертв и ты! Горе тебе, нечестивец! – Мардар гулко захохотал и от сатанинского смеха его, побледнев, упала на пол Аманда, из носа и ушей ее потекла кровь…

Егор этого не видел. Не оглядывался. Просто шел.

– Ты что ли, Мардар? Балаган тут какой-то устроил…

– О, нечестивец! Умри-и-и-и!

– А чего сразу обзываться-то? – подойдя ближе, усмехнулся князь. – Боксера каждый обидеть может…

Оп!!!

– Но не каждый успевает извиниться!

Как и предвидел Вожников, кривой удар в печень колдуну не понравился. Скривившись от боли, бедолага что-то зашипел… и, получив изящный апперкот в челюсть, рухнул, словно порезанный серпом сноп.

Князь подул на кулак:

– Всего и делов-то! Эй, эй, Аманда! Ты что там лежишь-то? Вставай!

Холодный осенний ветер гнал по небу серые клочковатые облака, бросая на слюдяные окна горсти дождя, гудел в печной трубе, завывал, словно нечистая сила.

– А погодка-то испортилась, милый! – княгинюшка поднялась с ложа нагою – кого было стесняться-то, уж точно не мужа!

– Красивая ты у меня, – привстав, Егор притянул супругу к себе, обнял за талию.

Елена улыбнулась, на щечках ее заиграли ямочки, василькового цвета глаза игриво вспыхнули… но тут же погасли:

– Ненасытный ты у меня… Одначе кто-то все утро в людской ошивался. Думаю – парни твои урок отвечать пришли.

– А-а-а-а… – князь улыбнулся. – Ну, так это к тебе. Ты ж у них за учителя. И что, выучили хоть немного русский?"

"– Да помаленьку лопочут, слыхал ведь, – княгиня уселась на ложе и похвасталась: – А я им имена придумала, а то негоже так – Беззубый, Рыбина, Рвань. Ну и имена для дворян, прости, господи.

– И что ж ты придумала, милая?

– Алеша Зубов, Гостинец Рванов и Рыбин Иван!

– А почему Иван?

– Да имя красивое просто.