Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Но я вовсе не неряха, и двор свой подметаю несколько раз на дню, а семечки не люблю – в зубах застревают. Я брату Диего об этом, кажется, говорила.

– Семечки… – Егор сейчас почувствовал себя рыбаком, подсекающим крупную, готовую вот-вот сорваться, рыбу. – Семечки… А что, булочник Фиделино тыквенные семечки любит?

– Да постоянно жует, плюется! – всплеснув в ладоши, девчонка неожиданно засмеялась. – Так вот и я о том! Раз шелуху у моей калитки нашли, значит, булочник, верно, захаживал, да меня просто дома не было… Может, на рынок ходила или к пристани, теперь уж и не вспомню.

– Так-так-та-ак, – глядя на собеседницу, озабоченно протянул молодой человек. – А в дом лодочника Фиделино был вхож?

– Он во все дома вхож, – Аманда пожала плечами. – Самолично свежие булки разносит, ну, если кто и закажет чего, кренделя там, сдобу. Ежели хозяев нет, так на видном месте оставит, у нас же не город – замки вешать не принято, все свои кругом, кому воровать-то?

– Так…

Махнув рукой, Вожников надолго задумался, краем глаза глядя, как вернувшийся от ручья Лупано переливает принесенную воду из фляги в котелок. Котелок все норовил перевернуться, и Аманда, видя это, поспешила на помощь.

Впрочем, эти двое сейчас вовсе не занимали князя. Булочник Фиделино! Вхожий во все дома святоша, немножко странный, немножко не от мира сего… любитель семечек… и Аманды – красивой златовласой девчонки с карими сияющими глазами… Быть может, Фиделино звал ее на прогулки, чтобы убить? Нет, скорее – принести в жертву, ведь у маньяка всегда есть какое-то оправданье, какая-то – по его мнению благая – цель! Самое жуткое и беспросветное зло всегда со всей искренностью полагает, что оно-то – истинное и всепроникающее добро! И уверовавшему в это просто не доказать обратное.

Фиделино. Булочник из предместья Матаро. Он же – скромный пилигрим брат Флориан? Он ведь угощал тыквенными семечками юного брата убитого им послушника. Угощал, да… Раз он маньяк – не от мира сего – значит, он только и мог выкрасть Смуглянку, Черную Мадонну с горы Монтсеррат.

Он… или какой-то другой сумасшедший, которых в любые эпохи немало, особенно – в Средние века. Другой… да, мог, но пока все стрелки сходятся на Фиделино!

– Аманда! А булочник никогда не угрожал тебе?

– Угрожал? – девушка обернулась, едва не расплескав котелок. – Да нет, не припомню… Хотя… Как-то я ему отказала в прогулке, так он, видно было, что разозлился не на шутку, но не угрожал, просто прошипел что-то.

– А что именно, ты не расслышала?

– Что-то вроде – мол, хорошо бы сообщить про мое знахарство куда надо. Да-да! – Аманда, вскинув глаза, выпрямилась.