Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

– Вот-вот! Когда поедете к своим войскам, будьте очень осторожны, сир, – сверкнув синими, как бурное море, глазами, на полном серьезе предупредил юный рыцарь. – Я сам с вами поеду… если позволите. Хотя… – парень вдруг как-то обреченно махнул рукой. – С нечистой силой даже самый храбрый рыцарь не справится. Только молитва, и еще… вот…

Шевалье де Сен-Клер запустил руку за пазуху и, сняв с шеи амулет, протянул князю:

– Это часть мощей из монастыря с горы Святого Михаила. Прошу вас, сир, принять.

Приглушенный голос молодого нормандца звучал сейчас настолько взволнованно, что собравшийся было пошутить Вожников оставил всякую мысль о насмешке. Просто молча обнял рыцаря да надел амулет. Крепкая бечевка, небольшой ковчежец из дерева. Не драгоценность, но, видать, памятная вещь… к тому же от чистого сердца. Не нужно обижать парня.

– А ты как же?

– У меня же есть кольчуга, освященная в Сен-Дени! – просиял глазами молодой рыцарь. – Против такой и сам дьявол не страшен. Правда, она вряд ли придется вам впору, сир.

– Думаю, достаточно будет и амулета. Спасибо за заботу, Арман. Кстати, как тебе мой французский?

– Уже можно кое-что понять, сир! Если очень постараться… и не обращать внимание на акцент.

– Гм… – князь закашлялся и тут же продолжил разговор дальше, ради чего, собственно, они и явились сюда, в этот благоухающий чудесными ароматами сад. – А как узнали про оборотня?

– Нет-нет, не поймали еще, сир!

– Я спрашиваю, как узнали? Знать, понимаешь? Я знаю, ты знаешь, он знает…

Махнув рукой, князь подозвал слугу и велел привести толмача, все ж интересно стало – как там с оборотнем?

Как оказалось, брат Диего рассуждал вполне здраво: какой волк будет драть коз и людей почем зря? Хищник всегда терзает свою жертву ради того, чтобы хорошо покушать, всякого рода садистские устремления волкам совершенно чужды, тем более серые вряд ли бросили б задранных козочек, даже если б их кто-то сильно спугнул. Тем более, опытный инквизитор обратил внимание на одну небольшую деталь – скорлупу от тыквенных семечек, которые, к примеру, умерщвленная пастушка Анна-Мария, по словам своих подружек, отроду терпеть не могла. Значит, кто-то был еще – человек… или и в самом деле – оборотень?"

"– В оборотней брат Диего тоже не очень-то верит, – вспомнив, пояснил Арман. – Как и в ведьм. Но ведьмы-то есть, это вам всякий скажет. Вот так же и оборотни. Местные уже все в панике, в лес третий день никто не идет. Да! А домик той ведьмы, которая вовсе не ведьма, а простая знахарка… Аманда, спалили.

– Это кому же, интересно, понадобилось, – удивился князь. – Впрочем, подозреваю – кому. Жаль. Однако все равно бедолаге в деревне жизни бы не было. Слишком красивая для сироты, к тому же – знахарка.