Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Кочи продолжали стрельбу еще два дня, войдя в бухту и снеся недоступную ранее стену, после чего один, с пустыми трюмами, ушел, а три корабля двинулись вверх по реке, к Роксбургу. И здесь герцог Олбани понял истинный смысл великокняжеского приказа и упрямства Угрюма. Увидев, как готовятся к ведению огня русские корабли, и зная от толпы беглецов, чем это закончится, крепость выкинула белый флаг еще до того, как шотландская армия добралась до его стен.

– Отныне этот город по праву принадлежит тебе, мой русский гость, – признал герцог. – Со всеми доходами, укреплениями и людьми.

Военачальником Роберт Стюарт был слабым, зато дипломатом – великолепным. Он понимал, что, если появилась достойная уважения сильная личность, лучше сразу привязать ее к себе. Шотландия от потери постоянно разоряемой пограничной крепости не обеднеет, зато ее владелец в благодарность за подарок и перед императором русским при необходимости заступится, и интересы страны при дворе своем поддержит, дабы самому убытки не потерпеть, а обороняя свой город, одновременно укрепит границы Шотландии.

Разве все эти выгоды не стоят жалкой полусотни фунтов годового дохода? Больше с сего городишки все едино не получишь.

– Благодарю, – невозмутимо кивнул Угрюм. – Однако ныне у нас каждый человек на счету. Пусть присягнут на верность и живут прежним порядком."

"Утром нового дня армия двинулась дальше на юг, оставляя за спиной две неприступные в прошлом крепости. Одну – начисто стертую с лица земли; вторую, успевшую вовремя сдаться русским пушкам – целую и невредимую, в которой даже английский наместник отделался лишь легким испугом. И это послание английским городам побежало во все стороны, подобно волнам от брошенного в воды тихого прудика камня: «Иметь дело с русскими выгодно и безопасно. Достаточно их просто не раздражать».

* * *Великий князь дорого бы заплатил за то, чтобы письма передвигались в этом мире хотя бы чуточку быстрее. Обо всех событиях он узнавал только тогда, когда все они не просто уже случились, но еще и быльем поросли. Оставались далеко в прошлом даже те дела, которые упоминались доносчиками, как еще только-только планируемые на будущее.

Элен д’Арлен в подробностях расписала, как на королевском совете сторонники престола чуть не до драки спорили, куда именно нужно направлять собранные для отражения агрессии войска. Сила набиралась огромная: более четырехсот рыцарей, что со слугами составляло около трех тысяч воинов, плюс графское и герцогское ополчение примерно в таком же количестве, да еще четыре тысячи копейщиков городского ополчения из разных мест39.

Часть совета во главе с королевой предлагали выступить против высадившихся на севере англичан, благо их численность заметно уступала французской силе.