Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Она оттолкнула Вожникова и сама забарабанила в дверь:

– Хозяин, открывай!"

"Стукнул засов, распахнулась створка, но вместо вислощекого толстяка, селившего их вчера в комнаты, путники увидели двух стражников и рыцаря в латном доспехе.

– Это они?! – громко спросил воин.

– Они, шевалье! – послышалось из глубины дома.

– Чужеземцы! Именем клермонского епископа Анри де Ла Тура вы арестованы за богохульство и колдовство. Сложите оружие!

Егор и самаркандский географ переглянулись и подняли руки. Складывать им было просто нечего. Воительница колебалась лишь несколько мгновений – потом рванула меч и с криком:

– Сантьяго и Иисус! – ринулась вперед.

Стражники вскинули щиты, и оба злобных удара пришлись на их окантовку. Потом ратники резко навалились и не то что откинули ее к стене – а буквально размазали по дому. Отобрали меч, сорвали пояс, принялись яростно избивать.

– Вы чего, она же безоружна! – дернулся на помощь воительнице Егор, и тут же в его голове что-то взорвалось горячим и очень-очень красным…

Пришел в себя Вожников полуголым и привязанным за руки и ноги к какой-то деревяшке в полунаклонном положении. Вокруг было темно и очень холодно.

– Где я? – спросил он мрак вокруг.

– В доме здешнего епископа, – узнал он голос Изабеллы. – Похоже, письмо авиньонского аббата успело сюда намного раньше нас.

– И что? Каждый попик может хватать людей по своей прихоти?

– Это епископство, дурачок. В Клермоне священник есть сеньор, судья и полновластный хозяин. Прикажет казнить – никто даже слова поперек не скажет.

– Проклятье! Что же ты раньше не сказала?

– Кто же думал, что из-за ваших ученых споров нас станут ловить с такой яростью? Хотя, может, и обойдется. Припугнут, выпорют или епитимью наложат и отпустят.

Егор поморщился. Если будут пороть – об этом его предчувствие, понятно, упреждать не станет. Оно только жизнь бережет, о пустяках не заботится.

– Ты как, Изабелла? Тебе крепко досталось? Не ранили?

– Бывало и хуже. Пираты меня с ног сбили, а потом сеча над головой продолжилась. Прямо по мне в драке и топтались. И свои, и чужие. Я думала, ни одной кости целой не осталось. Вот это было больно. А здесь токмо оглушили.

– Прости, – вздохнул Егор. – Мне жаль, что я втянул тебя в эту историю.

– Не нужно играть в благородство, брат. Все же рыцарь здесь я, а не ты. Впрочем, мне все равно ничего не грозит. Я воин ордена Сантьяго и слуга Господа. Епископ не посмеет причинить мне вред. За вас я тоже попробую заступиться. Без епитимии, мыслю, нам не обойтись. Но от большего я графа как-нибудь отговорю.

– Какого графа?

– Епископство Клермон – это графское владение и графский титул. Поэтому епископ считается графом.