Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Так вот, я – как герр Фуггер стал на дальние мельницы людей набирать, сюда и подался. Лавочнику за меня заплатили, да уже и отработал все… почти.

– И с чего же это тебя взяли?

– Потому что – смышленый, – не моргнув глазом похвастался юный работник. – А умные люди везде нужны. Сейчас вот я с лотками работаю – бумагу делаю, а вот грамоте выучусь – со шрифтами буду! А даже сейчас, знаешь, сколько мне платят? Не поверишь!

– И сколько же?

– Тридцать флоринов в год! Как какому-нибудь писцу или счетоводу.

Лерба поспешно спрятала усмешку:

– Ну да – солидно.

– Ты как-то странно говоришь… словно придыхаешь.

– Я в Трансильвании раньше жила… но дед мой отсюда, из Швабии, из-под Штутгарта.

– Ага, понятно. Ну, вот и пришли – раздевайся.

– Что-что?

– Говорю, раздевайся да ныряй, я отвернусь, если ты стесняешься.

Сам же Бруно не стеснялся ничуть: быстро сбросил одежку да, подняв тучу брызг, бросился в воду.

Лерба тоже долго не думала – уж больно хорошее было местечко, такой спокойный закуток, омут, а вокруг – заросли краснотала, бредины, барбариса. Красота, покой!

Вынырнув, мальчишка выплюнул изо рта воду и махнул рукой:

– Ну, что же ты?

– Иду… Можешь не отворачиваться… Ой! Студено-то как, о, Святая Дева!

Они так и сидели потом на бережке – обсыхали, ничуть не стесняясь друг друга. Бруно все время болтал, похоже, наконец-то нашел благодарного слушателя: рассказывал про свою прежнюю жизнь, лишь иногда искоса поглядывая на Лербу.

– А вода-то холодная, – передернув плечами, заметила та. – Хорошо хоть солнце.

Бруно посмотрел на нее и заулыбался:

– Вот и славно, что холодная. Старики говорят – от того молодость сохраняется. Вот тебе сколько лет?

– Не знаю, – честно призналась девушка. – Может, семнадцать, а. может, и все двадцать.

– Вот видишь! Старовата ты уже, пора в студеной водице купаться!

– Это кто старовата? Я?! – Лерба вдруг по-настоящему рассердилась. – Ну и злой же у тебя язык! Ничего, сейчас я его остужу…

– Эй, эй, что ты делаешь?

– Вот выкину тебя в воду, и сиди там, охлаждайся… молодой ты наш! Ага… Оп!

– Не надо, не надо, нет… А-а-а!!!

Загнав Бруно в воду, девчонка не выпускала его оттуда, пока парень совсем не закоченел – а пусть знает, как говорить гадости! – но, наконец, и ее суровое сердце смилостивилось.

– Вылезай уж, ладно. Одевайся, да пошли.

Долго дуться Бруно не умел, и, придя в себя, снова начал болтать, только уже с опаскою, на личности не переходил… и в самом деле – смышленый. Лерба тоже поняла, что несколько перегнула палку, и теперь слушала своего юного знакомца внимательно, часто и подолгу смеясь, так что совсем скоро они с Бруно стали, как брат и сестра. И вот тогда-то хитрая девушка и перешла к давно мучившим ее вопросам, кои она опасалась пока задавать более взрослым людям.