Остров (Веласкес-1)

Парень учился в Ньюпорте, в местном колледже, и в поместье появлялся только на выходных.

— Завтра я умру, — Кавендиш сидел в кресле с высокой резной спинкой и высокими подлокотниками, свет, проникавший сквозь лёгкие шторы, падал ему на затылок.

Практически во всех домах переселенцев можно было встретить какую-нибудь памятную вещь из прошлого, с Земли. В панорамной надстройке таких было две. За толстым стеклом-хамелеоном, утопленная в стену, висела картина «Высокий берег» мексиканского художника Хосе Марии Веласке Гомеса, как утверждал Элайя — подлинник. В последние дни перед Разделением многие произведения искусства были вывезены на вторую Землю, на время, вот только возвращать их потом было некому и некуда. Под картиной на подставке стояла винтовка CheyTac M200, когда-то принадлежавшая второму лейтенанту Чейзу Кавендишу, снайперу армии США. Оружие содержалось в отличном состоянии, несмотря на то, что из него часто стреляли — и сам Элайя, больше для развлечения, и его сын Патрик, тот уверенно попадал в самый центр мишени с полукилометра, и его бойцы. А одно время и Павел.

. — Утром, примерно в шесть до полудня. В четвёртый день Рождества, или как там было раньше, четвёртого, мать его, куцего декабря, — уточнил хозяин дома.

Павел недоверчиво посмотрел на него. С того момента, как Кавендиш забрал его из приюта, прошло шесть лет, и всё это время старик много раз что-то рассказывал и выдумывал. По большей части, полезное и интересное, но иногда и вот такое случалось, на грани бреда.

— А как же Патрик, Нина, Триш, тётя Тереза и тётя Эми, и все остальные? — он стоял метрах в двух от Элайи, даже в полумраке видны были грубые морщины, изрезавшие лицо старика, и лёгкое подёргивание левого глаза. Павел был уверен, что Кавендиш шутит, выглядел старик отлично, держался бодро и спокойно. Поэтому он решил ему подыграть.

— Они узнают об этом завтра, когда всё уже случится. Но нам с тобой надо поговорить сейчас.

— Хорошо, — Павел обернулся, выцепив глазами стул с полосатой обивкой. Если разговор предстоит долгий, то неплохо бы присесть.

— Постоишь, — усмехнулся старик. — Много времени это не займёт. Подойди поближе. Давай руку, левую.

Он вцепился руками со старческими пятнами на коже в браслет, нажал большими пальцами на появившиеся на матовой поверхности две чёрные точки, подержал в таком положении, отпустил.

— Ну вот, теперь ты совершеннолетний, и сам отвечаешь за свои поступки. Сам решаешь, когда его снять. Не нужно никаких приспособлений, просто представь, как обычно, второй на своей руке, и стягивай, сигнал не пойдёт в Службу контроля. Попробуй.

Парень снял и надел браслет, несколько раз.