Останься

Я выбрасываю свою подлую остроту из головы, пока не успел сказать это вслух.

– Вообще-то, он ждет меня в машине. Я оставила бы девочек с ним дома, но подумала, что, если поведу сама, залью весь руль кровью.

Внутри я весь ощетинился, но ничего не говорю о том, что бойфренд Кары был в моем доме и готовил обеды моим детям. Хорошо, что он хотя бы не живет там. Пока не живет. Я стараюсь об этом не думать.

Я возвращаю полотенце на палец, слегка затягивая его.

– Швы – хорошая идея.

Кара вздрагивает от этой мысли. Я сочувствую ей, но сочувствие испаряется, когда она проходит в комнату мимо меня.

– Девочки, через тридцать семь минут вы должны идти в постель и… Ой. Здравствуйте.

Я понимаю, что в этот момент Кара замечает Хейли, потому что ее голос становится ледяным. Как и ее взгляд. Я глотаю воздух и наблюдаю за тем, как Кара оценивает происходившее там. Взъерошенные волосы Хейли, ее мятая одежда. Два бокала вина на столике.

Эти напряженные мгновения тянутся очень долго. Потом голова Кары резко разворачивается ко мне.

– Я поняла, – говорит она отстраненно. – Вот почему ты не соизволил ответить на звонок? Потому что ты развлекался со студенточкой?

Мои брови хмурятся, а Хейли краснеет в цвет свеклы.

– Хейли, это Кара. Кара, Хейли, – мой тон такой же ледяной, как и у Кары. – И, заверяю тебя, она давно окончила колледж. – Ну, мне так кажется. Мы никогда не обсуждали таких штук, как высшее образование. Мы только узнаем друг друга. Но этого я Каре говорить не стану.

– Приятно познакомиться, – тихо говорит Хейли, и я замечаю, как она подвигается к своей сумке, будто замышляет побег.

– Приятно, – отвечает Кара, хотя все мы понимаем, что ничего приятного здесь нет. Наконец, она отрывает взгляд от Хейли и поворачивается ко мне. – Я не могу забрать девочек в комнату скорой, там полно бактерий. И я не знаю, сколько меня там продержат, поэтому я и решила, что им лучше просто остаться здесь на ночь, а утром я их заберу. Надеюсь, это не проблема?

– Конечно, нет, – коротко отвечаю я. Мои дети не услышат от меня, что им здесь не рады. Зато Кара без угрызений совести могла бы ограничить мое общение с девочками, пока ей самой что-то не понадобится.

Кара стискивает челюсти и вздрагивает, словно ей больно оставлять дочерей со мной. Она сжимает свой раненый палец.

Моя злость немного тает, когда я понимаю, насколько ей плохо. Может быть, сейчас она и повела себя грубо с Хейли, но она просто запаниковала.

– Иди, – говорю я своей бывшей жене. – Позаботься о своем пальце, с девочками ничего не случится.

Кара все так же стоит на месте. Она снова смотрит на бокалы и на Хейли, и нетрудно понять, что она думает.

– Не переживайте, я уже ухожу, – бросает Хейли.

Я ошарашенно смотрю на нее.

– Останься, – говорю я, несмотря на недовольство Кары.