Останься моей

Только бы не спалиться…

Но я уже кожей чувствую прожигающий громовский взгляд на своем затылке.

Пошел в задницу, придурок!

Хочу, что бы он ушел!

Наблюдаю, как моя Карамелька разносит пол кухни своей неуклюжестью и моментально считываю ее реакцию на новость о замужестве Маринки.

Ежу понятно, что каждая мечтает о платье свадебном и клятвах. Тем более родители нас ни раз уже пытали этой темой, да и бабка непрозрачно так намекнула, что надо бы по-человечески все сделать.

Второй мой косяк припечатывает мне чувство вины.

В первом косяке, конечно Карамелька сама виновата. Не понимает она пока, что некоторые вопросы лучше не поднимать.

Теперь по себе чувствую.

Но моя глупышка херачит по моему прошлому, как по минному полю и на каждом шагу подрывается.

Готов поспорить на что угодно, что она сейчас своими слезами чай разбавляет.

Хочу подойти к ней, но знаю, что это действие может послужить жирной точкой в сегодняшнем вечере. Она держится из последних сил. Вижу это. Чувствую.

Киваю Женьке и мы с ним выходим курить.

— Что натворил? — Женька прикуривает и впивается в мое лицо взглядом.

Я впускаю в легкие горький дым.

— Да блядь… — головой качаю и дым наверх выдуваю.

— Ее задело, что мы женимся — констатирует факт мой приятель.

Глупышка думала, что никто не заметит.

Я смотрю на друга и несколько раз киваю соглашаясь.

— Теперь тебе пиздец как надо будет постараться с предложением. — вновь затягивается. — Ну там… не знаю… На воздушном шаре к офису прилететь или на белом коне прискакать.

Мы с Женькой смотрим друг на друга и ржем.

— Я не настолько поехал умом… — пепел стряхиваю и делаю глубокий затяг.

Вечер выдается на удивление легким.

Честно, я боялся, что Карамелька сорвется. Но она умница! Правда села она не ко мне, а возле детей. Ну да ладно… Переживу. Не буду лезть в ее личное пространство.

Моя маленькая девочка никак не может принять, что у меня до нее было много женщин, но она-то особенная…

Вдруг начинаю анализировать что бы было если бы мы встретились раньше?

Ну просто до абсурда довожу.

Я начал свою половую жизнь в шестнадцать, тогда моей малявке было… Задумываюсь.

О, Боже… Пять лет ей было. Я хмыкаю и вилку с салатом в рот погружаю. Да уж!

Моя мама Кирюху поздравляет долгой пламенной речью.

Я возвращаюсь к своим расчетам. Ладно. Херня получается. Шестнадцатилетний подросток и пятилетняя девочка прям нифига не смешно!

А что было бы, если бы я ее дождался? Ну тут не мудреная математика. Во сколько она родила? В девятнадцать? Ну вот грубо возьмем, что моя девочка… О… Какая она у меня порядочкая! До восемнадцати ходила в девочках.

Поднимаю взгляд на жену и даже жалеть начинаю, что не ошивался возле ее колледжа в ее восемнадцать.