Море Осколков

Станет ли хуже, если он так и не вернется домой? Ведь неисполненная клятва далеко не то же самое, что нарушенная…

— Пожалуй, неплохо бы нам остаться здесь, — лениво пробормотал он.

Сумаэль насмешливо подернула губами.

— Кто же тогда поведет народ Гетланда в счастливое завтра?

— У меня такое ощущение, что они доберутся туда и сами. Лучше я стану королем этого озера, а ты — моей служительницей.

— Ты всегда знаешь верный путь. Будешь вести меня к меньшему злу и наибольшему благу.

— Этих мест нет ни на одной карте. Надо отлить.

Ярви наблюдал, как она скрывается в высокой траве.

— У меня ощущение, что она тебе нравится, — протянул Анкран.

Ярви тряхнул головой.

— Ну… она нам всем нравится.

— Само собой, — подтвердил Джойд, широко ухмыляясь. — Без нее нам жизни нет. В буквальном смысле.

— Но тебе, — хрюкнул Ральф и закрыл глаза, подкладывая руки под голову, — она нравится.

Ярви кисло пошевелил губами, но возразить не смог.

— У меня искалечена рука, — обронил он. — Все остальное пока что при деле.

Анкран изобразил нечто, похожее на смех.

— И есть ощущение, что ты нравишься ей.

— Я? Да со мной она самая нелюдимая!

— Вот именно. — Улыбнулся и Ральф, вольготно поелозив по траве плечами. — Ах, я ведь помню, каково это: быть молодым.

— Ярви, — Ничто, высок и тверд, стоял на валуне неподалеку от раскидистого дерева. Совершенно не интересуясь, кто кому нравится, он изучал дорогу, по которой они пришли. — Мои глаза стары, а твои — молоды. Это дым?

Ярви, почитай обрадованный, что его отвлекли, взобрался к Ничто, вглядываясь на юг. Но долго продлиться его радости было не суждено. Как обычно.

— Трудно сказать, — ответил он. — Наверно.

Почти наверняка. Он разглядел прозрачные кляксы на фоне блеклого неба.

К ним присоединилась и Сумаэль. Прикрыв глаза ладонью, она не подавала и намека на то, что ей кто-либо нравится. Ее скулы отвердели:

— Он поднимается со стороны двора Шидуалы.

— Может, они разожгли костер, — предположил Ральф, но улыбка его померкла.

— Или костер разожгла Шадикширрам, — сказал Ничто.

Толковый служитель всегда уповает на лучшее, но готовится к худшему.

— Нам надо подняться в гору, — сказал Ярви. — Посмотреть, идет ли кто за нами.

Ничто вытянул губы и легонько сдул пылинку со своего сверкающего клинка.

— Сами знаете, идет.

Всмотревшись сквозь странное круглое оконце трубы Сумаэль с каменистого склона над прудом, Ярви различил на снегу точки. Черные точки ползли вперед и надежда вмиг вытекла из него, как вино из проколотого меха. Когда дело касалось надежды, его обшивка давала течь уже с давних пор.

— Я насчитала две дюжины, — сказала Сумаэль. — Видимо, баньи с моряками «Южного Ветра». У них собаки и сани, и они, скорее всего, вооружены до зубов.