Море Осколков

Свет, засиявший в тебе, заставляет людей тебя слушать. — Королева без улыбки посмотрела на Друина — мальчик пялил глазенки на бойню. — Предчувствую, что будущее моего сына висит на нити твоего дара.

Скара выкатила глаза.

— Мои дары в сравнении с вашими — свеча рядом с Матерью Солнцем. Вы — Золотая Королева…

— Гетланда. — Ее взгляд резанул Скару, прямо и остро. — Ведают боги, я пыталась направлять наш союз, сперва мягкими речами к миру, а после подстрекательством к бою. Однако королю Атилю я жена, а королю Горму — извечный враг. — Она смахнула локон с лица Скары. — Ты же — ни то ни другое. Судьба поставила тебя уравновесить их. Сделала стержнем весов, на которых качается наш союз.

Скара уставилась на нее.

— У меня нет на это сил.

— Так разыщи их. — Лайтлин наклонилась к ней и приняла на руки принца Друина. — Власть — это тяжелый груз. Ты, родная, еще молода, но уже должна научиться нести эту ношу, иначе она тебя раздавит.

Когда королева отъехала, вместе со стражей, рабами и слугами, сестра Ауд надула щеки — ее круглое лицо еще сильней округлилось:

— Королева Лайтлин — истинный кладезь хорошего настроения.

— Обойдусь без хорошего настроения, сестра Ауд. А вот хороший совет пригодится.

Ее удивило, с какой радостью она встретила Рэйта живым, однако он как-никак был целой третью ее двора и, бесспорно, самой приятной на вид. Они с братом хохотали за костерком, и Скара почувствовала укол неуместной ревности — так легко им было друг с другом. Невзирая на то, что эти двое вышли разом из одной и той же утробы, различить их было легче легкого. Рэйт со шрамом на губе и свежим порезом вдоль лица. Тот, кто глядит с подначкой и вызовом, даже в глаза Скаре — так, что ей самой тяжело отвести взгляд. А Рэкки — это тот, кто вообще избегал ее взгляда, кто сейчас, при ее приближении расшаркался со всем почтением и вежеством.

— Ты завоевал себе отдых, — сказала она, усаживая его жестом. — Это я не вправе стоять в одном ряду с теми, кому не занимать опыта в кровопролитии.

— Вы и сами пролили немного крови на сходе, — высказал Рэйт, скользнув глазами по ее забинтованной ладони.

Она поймала себя на том, что прикрывает эту ладонь другой.

— Всего лишь собственной.

— Как раз, чтобы лить свою кровь, и требуется отвага. — Рэйт сморщился, тыркнув длинную царапину посреди белесой щетины. Отметина его вовсе не портила. Если на то пошло, красила.

— Мне передали, ты хорошо сражался.

— Он всегда хорош в битве, принцесса. — Рэкки с ухмылкой стукнул брата по руке. — Первым вбежал в ворота! Без него мы бы, поди, до сих пор сидели снаружи.

— Когда любишь сражаться, бой — дело не трудное.

— И тем не менее. Мой дед постоянно говорил, что те, за кого воюют, должны, не скупясь, платить воинам.