Море Осколков

Пристройки, жавшиеся к древним эльфийским стенам, без его тени казались сирыми и неприглядными. Вокруг пня на избитых булыжниках отдыхали воины, большей частью пьяные и упивающиеся еще сильнее: мерились трофеями и ранами, начищали оружие, обменивались россказнями.

Начинающий скальд складывал вирши: без конца выкрикивал одну и ту же строку, пока другие, грохоча от смеха, подбирали ему продолжение. Прядильщик молитв бубнил славословия богам за победу. Где-то кто-то стенал от боли.

— Всем, из чего сделаны люди, — негромко ответила сестра Ауд, глядя, как пара невольников волочет какую-то ношу.

Скара содрогнулась в холодном поту, когда стало ясно, что это труп, и снова, о ужас, когда поняла, что его подтаскивают к целой куче таких же мервых тел. Переплелись голые конечности, белые, в подтеках и пятнах подсохшей крови; отвисали безмолвные рты, распахнуты незрячие глаза. Гора мяса, что еще ночью была людьми. Мужчинами, в которых были вложены годы непосильного труда: родить их и вырастить, научить ходить, говорить, сражаться. Скара прижала к себе принца Друина, заслоняя ему взор.

— Должно ли ему на это смотреть? — шепнула она, желая ничего не видеть самой.

— Он станет королем земли Гетской. Такова его судьба. — Лайтлин бесстрастно окинула взглядом тела. Столь грозной женщины Скара еще не встречала. — Он должен научиться принимать это с радостью. Как и ты. В конце концов, это ведь твоя победа.

Скара сглотнула ком.

— Мужчины начнут выяснять, у кого была волосатее грудь и громче рев. Барды споют о пламенной стали и пролитой крови. Но затея была целиком твоей. Твоя воля вдохновила ее. Твои слова привели этих людей к твоей цели.

— Не чувствуется, что это победа, — прошептала она.

— Поражение ты видела. Что тебе больше нравится?

Скара припомнила, как стояла на корме «Черного Пса», как на ее глазах донебесное пламя проедало щипец дедова дворца, — и ей стало не о чем спорить.

— Ты очень впечатлила меня там, на сходе, — промолвила Лайтлин.

— В самом деле? Мне показалось… что вы на меня обозлились.

— На твою речь в защиту себя и своей страны? С тем же успехом можно злиться на снег — с какой стати он падает в холода! Тебе ведь всего восемнадцать зим?

— Будет, в этом году…

Лайтлин покачала головой.

— Семнадцать. Ты обладаешь истинным даром.

— Мать Кире и дедушка… всю мою жизнь учили меня, как быть предводительницей. Как разговаривать и что говорить. Как строить доводы, читать по лицам, завоевывать сердца… Вечно считала себя плохой ученицей.

— Сильно сомневаюсь. Однако война обнажает в нас мощь, о какой мы и не подозреваем. Король Финн и его служитель готовили тебя на славу, но никому не под силу вложить то, чем ты обладаешь. Тебя коснулась Та, Что Произнесла Первое Слово.