Море Осколков

А он отпустил единственную рабыню, которую они увели.

Молодцы. Отличные воины, все как один.

Но какие уж есть. А вокруг стояли воины Гетланда в полном вооружении. Совсем скоро Бранд и эти юнцы вступят в их братство. И встанут с ними плечом к плечу в бою с Гром-гиль-Гормом и его ванстерцами. И там, в условленном месте, все они шагнут в объятия Матери Войны.

Король Атиль сильно изменился за тот год, что Бранд его не видел, причем не к лучшему. Кожа его посерела и стала такого же цвета, что и седые волосы, слезящиеся глаза обвелись темными кругами. Он ссохся в своем кресле и едва шевелился, словно Королевский Обруч давил ему на лоб страшной тяжестью. В руках он держал меч, и руки его заметно дрожали.

Отец Ярви сидел на высоком табурете рядом с королем, королева Лайтлин, с очень прямой спиной, сидела с другой стороны: плечи назад, сжатые в кулаки руки на коленях, бледные глаза пристально следят за толпой. «Супруг мой болен, но я сильна как никогда», — говорил ее вид.

Колючка стояла за плечом королевы, выпятив подбородок, и вызывающе смотрела на собравшихся. Руки она сложила на груди, выставив пылающий ослепительным белым светом эльфий браслет на всеобщее обозрение. Поистине она выглядела как героиня легенд, как настоящий Избранный Щит — от наполовину выбритой головы до пят. Бранд смотрел и не верил, что эта женщина выбралась из его постели всего-то час назад. Ну, хоть что-то приятное во всем этом…

Король медленно обвел взглядом мальчишек и Бранда, потом покашлял, прочищая горло.

— Вы молоды, — сказал он таким сиплым и тихим голосом, что его заглушал хлопающий на ветру полог шатра. — Но мастер Хуннан счел вас достойными присяги в пору, когда Гетланд осажден врагами.

И он немного приподнялся в кресле, и Бранд разом припомнил славного мужа, чьим речам он внимал на морском берегу в Торлбю.

— Мы двинемся к Амонову Зубу навстречу ванстерцам. В такой битве каждый щит на счету!

Тут его скрутил приступ кашля, и он просипел:

— За сталью последнее слово…

И обессиленно упал в кресло, а отец Ярви наклонился и что-то прошептал ему на ухо.

Вечно хмурый мастер Хуннан вышел вперед с мечом в руке и встал над первым мальчишкой.

— Клянешься ли ты в верности Гетланду?

— Клянешься ли ты верно служить своему королю?

— Клянешься ли ты стоять плечом к плечу со своими товарищами в щитовой стене и повиноваться приказам?

— Тогда поднимись, воин Гетланда!

Мальчишка встал, скорее испуганный, чем счастливый, и все вокруг ударили себя кулаками в грудь, и заколотили рукоятями топоров в щиты, и затопали ногами, выражая свое одобрение.

У Бранда разом в горле пересохло.